|
Следователь допросил ювелира, и тот признался, что заказчиком этих клещей является Федор Чайкин, проживающий у мещанки Елены Шиллинг вместе с ее дочерью и внучкой. Мещанка Шиллинг была допрошена и рассказала, что ее дочь с постояльцем отбыли в Москву. Однако Шапошников заподозрил, что женщина хочет направить следствие по ложному следу. Следственной группе удалось отыскать извозчика, который сообщил, что доставил пару с малолетней девочкой прямиком к пристани в Адмиралтейской слободе. По рассказу извозчика, ехать они должны были на пароходе «Миссисипи», но неожиданно изменили свое решение и отправились на «Ниагаре», следовавшей вверх по Волге, что он наблюдал лично. Казанский полицмейстер Павел Панфилов срочным порядком разослал телеграммы о задержании возможных преступников с подробнейшим описанием их внешности во все города вверх по течению от Казани. Полицейскими готовится спецоперация по их задержанию. Уверен, что в ближайшие часы подозреваемые будут изобличены и задержаны!
Государь слушал с большим вниманием, морщины под глазами слегка разгладились, но он по-прежнему выглядел сердитым и, кажется, меняться не собирался. За последние месяцы столько на него навалилось: без объявления войны японский флот атаковал порт-артурскую эскадру, уже на следующий день Высочайшим Манифестом было объявлено «о начале военных действий сЯпонией»; далее последовало пограничное сражение на реке Ялу, когда в результате ожесточенных боев японцам удалось сначала завладеть островами, а потом и вовсе вытеснить русскую армию с притоков реки. Немногим позже последовало сражение близ города Ляоян, в котором русская армия вновь потерпела поражение. На военные неудачи накладывалась личная драма государя – болезнь его наследника, не добавлявшая Николаю Александровичу оптимизма. А тут еще и пропажа Казанской иконы Божией Матери, святыни и заступницы русской земли. Что вкупе со всеми бедами уже не кажется случайностью. – В этой операции задействован глава нижегородской полиции барон Александр фон Таубе, не так ли? – неожиданно спросил Николай II. – Мне известно, что сейчас он находится на пароходе «Ниагара», которым, предположительно, плывет тот самый Федор Чайкин. – Именно так, Ваше Императорское Величество, – с готовностью отозвался казанский губернатор, пытаясь не выказать сильного удивления. Сам он узнал о предстоящем задержании преступника лишь в поезде (на одной из станций по пути из Москвы в Санкт-Петербург), а государю уже доложили о подробностях предстоящей операции. Это означало, что поискам Чудотворной Казанской иконы самодержец придает не меньшее значение, чем военным сражениям в Маньчжурии. Николай Александрович неожиданно нахмурился, обозначив на переносице легкую морщинку: – Хорошо. Вижу, что дело сдвинулось. Но для меня, как и дня всего русского православного народа, важно отыскать Казанскую икону Божией Матери как можно быстрее! Она важна не меньше наших побед в Маньчжурии, – сделав существенную паузу, добавил: – А, может быть, даже больше… Вы, кажется, служили в МВД? – Именно так, государь, целых пять лет. После своей службы в Военном министерстве. – Весьма похвально. Насколько мне известно, будучи уфимским губернатором, вы внесли в МВД предложение о преобразовании местного управления. – Да, это так, – напоминание государя о столь значительном факте его биографии Петру Полторацкому было приятно. Действительно, он немало сделал для укрепления местной власти. – Надеюсь, что в поисках иконы ваша деятельность будет столь же успешна. И в следующий раз мы повстречаемся при более благоприятных обстоятельствах. Как для вас лично… так и для всей России. Я ничего не могу более добавить к содержанию телеграммы, которую выслал вам ранее. |
