Впрочем, Тар всё равно не выжил.

Настроение испортилось мгновенно.

— Давай жрать. — Рявкнул воин, обращаясь к человекообразному существу, застывшему у закрытой двери. Стукнул кулаком по столу. — Быстрее селянин! — Проворчав что-то, зыркнул на владельца землянки. Бровями пошевелил. — Селянка… — Как-то неуверенно проговорил ариец. Снова поворчал что-то и опять как даст по столу кулаком! — И вина неси!

— Хам. — Ответило существо. Ариец гордо не заметил этого жалкого выпада. А существо, кряхтя, двинулось к целой занавеске из засушенных трав. Раздвинув шелестящие растения, существо скрылось за ними. Арагон недоверчиво заворчал. А сразу ему показалось, что и там тоже стена.

— На. — Буркнуло существо, положив на стол охапку завёрнутых в полотно продуктов. Вроде чистое полотно…, арией недоверчиво понюхал тряпку, развернул. Пол головки сыра, лепёшка, кусок холодного мяса, вроде, мясо тура.

— Вино давай. — С гримасой отвращения на лице, произнёс ариец, отведав сыру. В обще, довольно вкусно, но настроение плохое, а перед ним не пойми кто. Показывать довольство нет нужды. Кроме того, селянин…, или всё-таки селянка? Ариец считал, что лучше существу оставаться в напряжении и пытаться найти другие способы усмирить недовольство воина.

— Нету вина. — Опять буркнуло существо. Что-то не ощущается в нём ни страха, ни благоговения. Как бы не отравило оно его…, ариец запустил руку, в маленькую сумку, прикреплённую к поясу, достал монету, убедился, что она серебряная и бросил на стол. Сухая ладошка поймала монету ещё до того, как она упала на доски столешницы. Существо куснуло монету и мгновенно расплылось в приветливой улыбке. — Зато настоечка есть, на травках луговых. И молочко есть. Изволите молочка откушать милостивый господарь?

— Изволю. — Надменно кивнул ариец, с той же гримасой недовольства откусывая от куска мяса. — Неси настоечку свою, и кувшин молока.

Существо исчезло за той же травяной занавесью. Чем-то там пошуршало и вернулось с тремя полными кувшинами. Ариец вновь подозрительно прищурился. Когда кувшины грохнули о стол, он поднял один за ручку. Подержал в руке — тяжёлый кувшинчик-то.

— Не такой уж и тяжёлый. — Расстроено проворчало существо, словно прочитав его мысли. А может, правильно расценило его жест, догадалось? Сообразительное какое это сельское существо.

— Уйди, — ариец брезгливо отмахнулся ладонью, — твоё уродливое лицо, портит мне аппетит.

Существо, ворча то-то неразборчивое, исчезло за занавесью. Оставшись в одиночестве, ариец пригубил молоко — козье. Тоже еда. Да и мясо варёное, лучше, чем сырое. Арагон ел, запивая молоком. Трапеза в целом ему понравилась, но лицо так и осталось сердито-недовольным, будто вместо вкусной пищи, ему предложили какие-то помои, недостойные его высокого статуса. Два других кувшина, наполняла прозрачная жидкость с приятным ароматом розового шафьяна…, не знал он, что это растение можно использовать таким вот образом.

Пригубив настоечку, попытался оценить вкус и решить, можно ли это вообще пить. Вроде ничего, бодрит и вкус приятный. Не вино, конечно, но сойдёт.

Спустя час, стены домика сотряслись от истошных воплей.

Владелец помещения выскочил из-за занавеси с испуганными глазами и замер на месте — пьяный ариец, размахивая полупустым кувшином, распевал боевую песню Славного города Тара.

— Ещё неси! — Завидев селянина, рявкнул воин.