– На карточке превысили лимит пару дней назад в месте под названием… – Он замолкает. Прямо чувствую, как он хмурится. – «Лант тиер дес джемс». – Ал растягивает каждый слог с ровным среднезападным акцентом.

Пару раз прокручиваю в голове эти слоги, переиначиваю их на французский манер.

– «Л’ателье де жем»? – переспрашиваю я. Перевод: мастерская драгоценных камней. Ювелирный магазин?

– Как скажешь. В месте под названием Туу-ир? Тьюир? Что за название такое? Если это был Лэнс – что он покупал? Деборе нужны чеки.

Я не могу украсть момент Лэнса и за него рассказать о помолвке.

Да и не стоит мне что-то говорить Алу о счастливых свадебных планах.

– Я ему передам, – говорю я. – Спасибо. Рада была снова поговорить. Все остальное у вас в порядке?

Ал тяжело вздыхает. От плохой погоды у него головные боли. Дела «Чикаго Кабс» плохи. Он подробно описывает их последнее поражение: мячи, биты, промахи, несправедливый рефери и все такое.

Ал – настоящая смесь ромашкового чая и мелатонина. У меня слипаются глаза.

– Ну ладно, – выпаливает он, заставляя меня очнуться. – Мне пора. Потом еще поговорим.

Он кладет трубку. Надя разворачивается ко мне лицом.

– Что там? – бормочет она. – Что-то не так? Жорди?

– Нет-нет, – мягко говорю я. – Извини. Спи, спи.

Она вздыхает и отворачивается. Через несколько секунд она уже снова засыпает и возвращается к ровному дыханию.

А я не засыпаю, думая о Лэнсе, блестящем кольце и кредитке компании. Что он сказал, когда сделал предложение? Что пора брать ответственность?

С помощью денег компании, что ли?

Дому бы такое не понравилось, но Дом мертв.

Когда я наконец почти погружаюсь в сон, звонит мой будильник.

* * *

Для моей группы день выглядит следующим образом: просыпаемся, наслаждаемся ранним континентальным завтраком, собираемся у велосипедов и съезжаем вниз по холму к деревушке Вильфранш-де-Конфлан, где садимся на поезд; отдыхаем и расслабляемся.

Мое утро выглядит несколько иначе.

Я выпрыгиваю из кровати после явного недосыпа и сталкиваюсь с ночным кошмаром, претворившимся в реальность: я не собрала вещи перед сном. Запихиваю потный спандекс, разные носки и влажный, пропахший серой купальник в чемодан. Затем я переворачиваю все собранное, чтобы извлечь ветровку с самого дна. Затем проделываю это еще раз, чтобы достать солнцезащитный крем и потерявшийся носок.

Пропускаю завтрак, чтобы вместе с Надей проконтролировать, что велосипеды в порядке. Мы обе жалуемся на отсутствие Жорди. Звоню Би и Бернарду, чтобы уточнить, что им и правда нормально полтора часа сюда ехать в фургоне, который они одолжили у знакомой флористки. Мой очаровательный фургон «ПеДАлей» грустит в полицейском участке.

– Мы только рады, – уверяет Би, и по ее чересчур радостному тону я сразу понимаю, что она волнуется. – Мы с Бернардом просто обожаем горы! Ты выбрала нашу любимую гостиницу.

И тут я понимаю, что забыла забронировать для них номер. Когда я звоню в отель, мне сообщают, что обычные номера кончились. Остался только номер для новобрачных. Решаю потратиться и бронирую этот номер – почему бы и нет? Они всю жизнь как на медовом месяце, да и я у них в долгу.

Приходит время собрать группу котов и усадить их на велосипеды. Хотя нет. Котов собрать было бы проще. Манфред появляется заранее, затем исчезает, затем снова появляется идеально вовремя. Он – звезда этого утра. Сестры опаздывают на восемь минут, они отходили, чтобы запастись выпечкой. Лекси ушла в парк, чтобы снять на видео свою растяжку и удовольствие, которое ей приносит «ВиталаГрин». Ее подписчики требуют контент!

Прошу Лэнса забрать его невесту.