Джон ушел от Бет в строгом соответствии с инструкциями. Но неужели он никогда не сможет позвонить ей? В этом, пожалуй, Трейси зашла слишком далеко. Хотя все остальные ее предписания сработали. И если уж быть честным перед самим собой, он знал, что не хотел бы продолжать серьезные, длительные отношения с Бет. Так что же ему делать? Сказать Бет, что он может встретиться с ней еще только для того, чтобы переспать? Соврать Трейси и притвориться, что ничего не было? Предать Бет и рассказать Трейси все как было?

В кабинет заглянула его помощница Лорен.

– Джордж говорит, что ему не удалось отладить сетевой график в программе для рабочей группы, – сказала она.

Джон вскочил с кресла, как подброшенный пружиной.

– Черт! Как же мы будем координировать свои действия без сетевого графика? – возмутился он. – Мы на этом строили все расчеты!

Лорен пожала плечами.

– Он сказал, что пытался до тебя дозвониться, но не смог.

– Почему же он не оставил сообщение?

Джон не сказал, что настроил свой автоответчик так, чтобы он всегда сообщал, что он переполнен. Лорен снова пожала плечами и исчезла. Господи! Пока он возносился к небесам, его проект полетел к черту.

* * *

Ему надо было, проверить свою почту, сделать копию отчета по базе данных и прослушать последние сообщения. Хотя Трейси и велела отказаться от голосовой почты, на работе он не мог позволить себе это. Да и дома отказ от приема сообщений мог привести к катастрофе, потому что половина звонков была из «Микрокона». Трюк с переполненным автоответчиком оказался не слишком удачным. Это уже отразилось на разработке сетевого графика. Джон включил телефон на прослушивание.

Джон ахнул: накопилось двадцать семь новых сообщений. Хорошо, если он успеет прослушать их до совещания, а об остальном уже говорить не приходится. Первое сообщение оказалось от Трейси:

– Я звонила тебе домой, но ты не брал трубку. Ты расстроен? Как все прошло? Позвони мне.

Второе – тоже от Трейси:

– Я еще четыре раза звонила тебе домой. Расскажи, что у вас произошло, я беспокоюсь. Послушай, она не стоит того, чтобы расстраиваться. У тебя будет много других.

Джон улыбнулся на это, но тут же почувствовал себя немного виноватым, что не позвонил. Третье сообщение было от мамы:

– Привет, Джонатан. Я знаю, ты много работаешь, но мне нужно поговорить с тобой. Это не очень срочно, поэтому позвони в свободную минутку.

Он не видел маму и не звонил ей с самого Дня матери. Она, конечно, думает, что он, как всегда, занят на работе. Джон пообещал себе, что позвонит маме вечером.

Четвертый звонок оказался опять от Трейси, но уже от сегодняшнего утра.

– Куда ты делся? Позвони мне, я на работе. Я еще не видела Бет. Надеюсь, ты ее не убил.

Следующий показался ему знакомым, хотя и говорил с придыханием. На секунду Джон решил, что это снова Трейси, но звонила Бет.

– Привет, – прошептала она. – Прошлая ночь была… Ну, ты сам знаешь, какой она была. Почему ты ушел? Спасибо, что оставил телефон. Позвони мне.

Джон виновато поежился. Трейси категорически запретила говорить, где он работает, и давать телефон, но когда он собирался тайком улизнуть из спальни Бет, он чувствовал себя таким виноватым, что оставил свой рабочий телефон. Джон настроил аппарат в кабинете так, чтобы тот, кто звонит, не мог узнать, что это «Микрокон». Он вздохнул. Возникло больше трудностей, чем он мог себе представить.

Джон согнал с лица идиотскую ухмылку и прослушал остальное. Еще четыре звонка от Трейси, причем каждый усугублял чувство вины, и два от Бет.