Бет замолчала.

– Ты сама спала с ним? – спросила она у Трейси. Та в ответ только покачала головой. – Он просто невероятен.

* * *

Летучка проходила в чудовищной атмосфере, но Трейси никак не могла прийти в себя после бомбы, которую сбросила на нее Бет. Когда же она наконец поговорила с Джоном, то к бомбе присоединился огневой вал.

– Это было отлично, – пробубнил Джон. – Масса удовольствия. Бет – неплохая девушка. Твои советы работали как заклинания. Здорово, я почти забыл, что значит быть с женщиной. Трейси, я всю жизнь буду тебе благодарен. Как будто ты подсказала мне волшебные слова: «Сезам, откройся».

– Прекрасно, Аладдин, – резко ответила она. – Только не жди тысячу и одну ночь удовольствий.

– Почему? – удивился Джон. – По моему, спрос на меня поднимается. И знаешь что?

Трейси покачала головой, онемев от такого развития событий.

– В субботу мне звонила Рут. Сегодня утром она опять звонила, и мы с ней собираемся встретиться. Я расскажу тебе, когда увидимся.

Трейси потеряла дар речи. Она появилась на летучке в состоянии, близком к коматозному. Трейси смотрела на Бет и представляла их с Джоном в постели. Она даже глазом не моргнула, когда Маркус оскорблял Тима и дразнил Сару. Трейси не ежилась в своем кресле, не удивлялась тому, что они не уходят после этого из редакции. Если бы у них было чувство собственного достоинства, они бы давно уволились, но то же самое можно было сказать и о ней. Только Элисон избежала шпилек в свой адрес, и Трейси готова была поклясться на Библии, что она спит с Маркусом. Но это было недостаточным условием, потому что, когда он спал с Бет, это не мешало Маркусу делать из нее котлету на каждой летучке.

Котлета вернула ее мысли к последней статье, которую она только что закончила: о мясных блюдах в Сиэтле. Какая чушь. Трейси потрясла головой.

– Должен вам сообщить, – завел Маркус, – что я приятно удивлен качеством работы нашей королевы опозданий, Трейси Хиггинс, судя по сегодняшнему дню, твердо вставшей на путь исправления. Немного поправились за последнее время, мисс Хиггинс? Видимо, это связано с выполнением служебного задания. Прекрасный обзор мясных блюд.

Маркус самодовольно оскалился.

– Теперь о наших планах. Я, заметил перемены в оформлении кексов. Сейчас они покрываются глазурью и шоколадом. Времена разноцветных кексов прошли безвозвратно, и мы должны первыми осветить это событие. – Он смотрел прямо на Трейси. – Напиши статью о кексах, мой маленький кексик. И не забудь упомянуть все пекарни, которые помещают у нас объявления.

– Ты шутишь? – спросила она.

– Боюсь, что нет. Мы напечатаем ее в среду, в кулинарном разделе. – Затем он повернулся к Бет, которая явно витала где то в заоблачных высотах. – Ты меня слушаешь? – спросил ее Маркус.

– Нет, – ответила Бет. – А что, моя очередь?

Тим засмеялся, но быстро прикрыл рот рукой и попытался превратить смешок в кашель. Элисон с безучастным видом накручивала на палец свои идеальные волосы. Трейси дала себе слово, что напишет статью для другого издания и вырвется из этой клетки.

* * *

Фотографии и листочки с записями занимали все жизненное пространство. Ее идеи о неудачниках, крутых парнях и различиях между этими двумя категориями были отражены в графиках и диаграммах. Джон до преображения и Джонни после были увековечены на фото. Каждый этап проекта – скрупулезно, задокументирован. Но почему то свидание с Бет спутало все карты.

Она пустила все свои журналистские связи, предложила нескольким людям свою статью, пока еще только в виде идеи, напечатала несколько запросов и разослала их в пароксизме активности, что со стороны выглядело как самоотверженный труд на благо «Сиэтл тайме» и Маркуса.