Пока Женя с доктором находились в доме, Ребров с Борисом и Павлом Журавлевым сидели неподалеку в машине и слушали весь разговор, начиная с профессиональной беседы психиатра с пациенткой, которому удалось буквально через полчаса вывести Наталью на откровенный разговор, во время которого она спокойно, без истерики или эмоциональных взрывов и слез рассказала о совершенных ею убийствах.

Пользуясь тем, что при развитии чувства паранойи пациент сохраняет адекватность мышления в тех областях, которые не затрагивают его болезненные представления, доктор Лесовых и начал свою беседу с нейтральных тем, постепенно приближая разговор к тем событиям из жизни Натальи, когда она стала испытывать настоящие душевные волнения и стрессы. Первым звонком был уход отца…

Женя не сразу присоединилась к ним, она слушала их разговор с доктором, находясь за приоткрытой дверью, а потом, улучив удобный момент, вошла и тихо присела рядом, начав время от времени задавать наводящие вопросы.

Ребров был в одном прав — никто бы никогда не увидел в Наталье убийцу. Она была похожа скорее на жертву, в которую в критический для нее момент, когда она уже не может совладать со своими чувствами, вселяется дьявол. Вернее, болезнь. Словно совершая задуманные ею преступления реально, однако, уверенная в том, что все это происходило лишь в ее голове, она успокаивалась. И так — до следующего триггера. И заставить Нату вспомнить, причем в хронологическом порядке, обо всех своих преступлениях и, главное, вызвать в ней желание их объяснить мог исключительно талантливый психиатр.

…Наталью вывели из дома без наручников, при этом она выглядела на удивление счастливой и спокойной. Она покорно села в машину к Реброву, и они уехали.

Женя осталась, чтобы запереть дом, после чего позвонила Игорю Белоусову и назначила ему встречу в Москве неподалеку от его офиса.

Конечно, Ребров поручил ей эту миссию в благодарность за раскрытие убийств, как бы извиняясь за нанесенные им обиды и выказанное ей недоверие. Зато теперь именно ей было позволено первой один на один остаться с мужем арестованной Натальи и увидеть его реакцию на случившееся.

Подолгу размышляя о Белоусовых, об их браке и о том, как могло случиться, что Ната рядом с положительным мужем не смогла стать счастливой, Женя много прочла сначала просто про айтишников и только потом о том, какие они мужья.

«Зачастую программистов отличает высокий интеллектуальный уровень, достаточно вредный характер, в коллективе их, с одной стороны, побаиваются, с другой — уважают, но в целом все-таки недолюбливают. Но программистам нет дела до вселенской любви, ведь они постоянно заняты чем-то серьезным, поэтому не принимают участия в офисных сплетнях, подковерных интригах и закулисной борьбе». «…По натуре программисты зачастую являются интровертами. Это совсем не значит, что они не хотят ни с кем общаться — хотят, но с теми, с кем им интересно. Открою вам небольшой секрет: интроверты очень общительны, но не со всеми. У них есть любимые собеседники, с которыми они могут болтать часами напролет или молчать, но эти собеседники должны представлять для них интерес…»

Информации о программистах было много, часто противоречивой, но Женя поняла одно — люди они умные, увлеченные, спокойные и к тому же однолюбы. Понятное дело, что и жена им нужна умная и способная развиваться, чтобы соответствовать мужу, но не всегда же так случается. Вот в этом браке, вероятно, супруги не особенно-то и разговаривали, зато у Игоря наверняка был тесный круг общения среди себе подобных, с кем он мог разговаривать часами. А дома ему было хорошо со спокойной и ласковой женой, пусть и далекой от его профессиональных интересов, но красивой, женственной, любящей уют и чистоту. Примерно таким представлялся Жене этот брак Белоусовых.

Но все-таки что же говорят об этих увлеченных, серьезных, ответственных и харизматичных мужчинах их женщины, жены? Женю интересовало мнение обычной женщины, такой, какой была Наташа.