На одном из привалов, когда мы остановились возле небольшой речки, чтобы набрать воды и немного передохнуть, между Педро и Сантьяго вспыхнула ссора. Она, очевидно, назревала уже давно, то затухая, то вспыхивая новыми искрами.

— Ты слишком много болтаешь, Яго, — начал Педро, его голос был глухим, низким, словно рычание дикого зверя. — Твои шуточки уже надоели. Глупые анекдоты достали. Ты можешь просто заткнуться и показывать дорогу?

— Ты слишком мрачный, Педро, расслабься, — парировал Сантьяго, с его обычным бесшабашным видом. — Надо радоваться жизни, а не ходить с таким лицом, будто у тебя все родные только что умерли.

— Радоваться? — Педро усмехнулся, и его усмешка была горькой. — Когда наши братья гибнут, когда народ страдает, ты предлагаешь мне радоваться?

— Мы победим! — Сантьяго хлопнул по плечу Мигеля, который сидел рядом, наблюдая за спором с ничего не выражающим лицом. — Разве нет, Мигель? Наш Команданте нас не оставит!

— Я устал от твоей болтовни, — прошипел Педро, и его кулаки сжались. — Ты думаешь, это игра? Ты думаешь, мы здесь ради смеха?

— Я думаю, ты слишком серьёзен, Педро, — ответил Сантьяго, и в его голосе прозвучала нотка вызова. — От этого люди быстрее стареют.

В одно мгновение их спор перерос в драку. Педро, быстрый, несмотря на свой вес, бросился на Сантьяго, пытаясь ударить его в лицо. Тот увернулся, отскочил, и они начали кружить, обмениваясь ударами и ругательствами. Их голоса, до этого приглушенные, теперь звучали громко, разрывая тишину леса. Мигель, хромая на больную ногу, попытался их разнять, но его оттолкнули в сторону.

— Остановитесь! — крикнул я, шагнув между ними и оттолкнув каждого из них в разные стороны. — Здесь не место для драк!

Педро, замахнувшийся на Сантьяго, на мгновение замер. Сантьяго, приготовившийся к ответному удару, тоже опустил руки. Их лица были перекошены яростью, но они послушались.

— Успокойтесь! — повторил я. — Давайте немного потерпим!

Педро тяжело дышал, его грудь вздымалась. Он бросил на Сантьяго испепеляющий взгляд, но ничего не сказал. Сантьяго лишь усмехнулся, поправил свою рубашку, на которой уже появились пятна от пыли.

— Хорошо, Луис, — сказал он, его голос был чуть хриплым. — Ты прав. Мы не враги.

— Я не сяду с ним в кабину! — вдруг заявил Педро, указывая на Сантьяго. — Я поеду в кузове!

Сантьяго лишь пожал плечами. Пусть Педро посидит, укрываясь от веток брезентом. Ему на пользу пойдет, а то от его мрачности иногда кажется, что скоро всё молоко в округе прокиснет. Вроде до отъезда из Гисы он пободрее был. Так я тоже не очень рад ехать от своего нового дома, в котором даже пожить не успел.

— Хорошо, — ответил я. — Мигель, садись в кабину.

— Не, я в кузове останусь. Когда лежишь, нога не так болит.

— Ладно, тогда я поеду с Яго.

И мы продолжили путь. Сантьяго, сидя рядом, нисколько не переживал по поводу ссоры. Он без умолку рассказывал байки и анекдоты, перемежая их рассказами о счастливом будущем, которые почерпнул из всяких агиток. При этом он перекрикивал двигатель грузовика и умудрялся не охрипнуть. Я же, слушая его, невольно улыбался. Его бесконечный оптимизм был заразителен.

Последний привал мы сделали, совсем немного не добравшись до места. Просто в темноте ехать опасно, как сказал Сантьяго, так что лучше с утра выдвинуться.

* * *

Проснулись все как по команде. Даже не завтракали — сходили, оросили деревья, и полезли в машину. Но отъехали мы недалеко, пару километров.