– Почему ты не можешь?

Мисс Холман коснулась коляски.

– Потому что теперь я нужна вот этому ребенку, – просто сказала она.

– Ты нужна мне больше, чем ему. Ты всегда была со мной.

– А теперь настало время, когда ты должна обходиться без меня. Теперь ты большая девочка. Что мне делать-то, кроме того, как сидеть и смотреть, когда ты прибегаешь и убегаешь? Ты теперь и сама позаботишься о себе. Разве ты не провела без меня все лето? И какая разница, что теперь ты будешь дома?

– Но я люблю тебя, Нанни.

Гувернантка снова прижала ее к себе.

– И я люблю тебя, моя маленькая Дани.

– Тогда возвращайся вместе со мной домой.

– Нет, Дани, – твердо сказала пожилая женщина. – Я не могу вернуться с тобой. Твоя мама была права. Она сказала, что рано или поздно это должно произойти.

– Моя мама? Значит, я была права! Она все же уволила тебя!

– Рано или поздно, Дани, – грустно улыбнулась гувернантка, – это должно было случиться. Тебе уже двенадцать лет. Ты почти молодая леди. Скоро к тебе будут приходить мальчики. Ты будешь ходить на вечеринки и на дни рождения к ним. Зачем тебе нужна старая няня, которая будет крутиться вокруг тебя? У тебя будет своя собственная жизнь.

– Это мама тебя уволила? – упрямо спросила Дани.

– Мы сошлись на том, что так будет лучше всего. Твоя мама была очень любезна. Она уплатила мне за год вперед.

– И все же ты должна была сказать мне, – настаивала Дани. – Ты моя няня, а не ее.

Старая няня помолчала.

– А теперь, я думаю, тебе лучше поехать домой. Твоя мама будет беспокоиться, не понимая, куда ты делась. Кроме того, у нее есть для тебя великолепный сюрприз.

– Мне не нужны ее сюрпризы, – отмахнулась Дани. – Я могу приходить навещать тебя? Хотя бы изредка, я хочу сказать. То есть, если ты не сможешь приходить ко мне?

Миссис Холман обняла ее и прижала к себе.

– Конечно, Дани. Каждую среду я свободна. Я могла бы тебя встречать после школы.

Дани расцеловала свою старую няню в обе щеки.

– Мне будет тебе ужасно не хватать.

– И мне тебя тоже, – миссис Холман с трудом сдерживала слезы. – А теперь иди, а то у Чарльза будут неприятности.

Они снова расцеловались, и Дани медленно побрела к машине. Почти всю дорогу домой она молчала. Когда они почти приехали, она перегнулась на переднее сидение.

– Что за сюрприз приготовила для меня мама?

– Не могу говорить. Ваша мама взяла с меня слово, что я буду держать его в секрете.

Но, в конце концов, она все же выпытала его у Чарльза.

В мастерской у матери была какая-то деловая встреча, и она оставила записку, чтобы ее не беспокоили. В сопровождении Чарльза, который тащил ее вещи, Дани поднялась по лестнице и повернула к своей комнате.

– Не сюда, мисс Дани. А вот в эту сторону. – Повернувшись, Чарльз двинулся в другую сторону холла, а не туда, где находилась ее комната и помещение матери.

Она последовала за ним.

– Это и есть сюрприз?

Он кивнул, когда они остановились перед дверями бывшей гостиной. Широким жестом он распахнул двери.

– Только после вас, мисс Дани.

Комната была вдвое больше ее прежней. Все в ней было новенькое, с иголочки – от блестящего покрывала на кровати до встроенной в стену стереоустановки и телевизора. Здесь также был большой стенной шкаф, точно, как у мамы, и новая ванна с гардеробной.

– И телевизором и стереоустановкой можно управлять, лежа на кровати, – гордо сказал Чарльз.