|
Они встретились впервые, а Охоцкий уже беседовал с ним так, словно они знали друг друга с детства. "Пора покончить с этим", - сказал себе Вокульский и, глубоко вздохнув, громко спросил: - Значит, вы женитесь, пан Охоцкий?.. - Разве только если спячу с ума, - пробормотал молодой человек, пожимая плечами. - Как? Ведь кузина вам нравится? - И даже очень, но этого еще мало. Я бы женился на ней, если бы совершенно уверился, что уже ничего не достигну в науке. В сердце Вокульского сквозь ненависть и восхищение вспыхнула радость. В эту минуту Охоцкий потер лоб, словно очнувшись от сна, поглядел на Вокульского и вдруг сказал: - Ах да... Я чуть не забыл, у меня к вам важное дело... "Что ему нужно?" - подумал Вокульский, невольно любуясь умными глазами своего соперника и удивляясь внезапной перемене тона. Казалось, его устами заговорил другой человек. - Я хочу задать вам вопрос... нет... два вопроса, очень интимных и, может быть, даже щекотливых, - говорил Охоцкий. - Вы не обидитесь? - Слушаю, - отвечал Вокульский. И на плахе ему не пришлось бы пережить таких страшных ощущений. Он не сомневался, что дело касается панны Изабеллы и что вот тут, сию минуту, решится его судьба. - Вы были физиком? - Да. - И вдобавок физиком-энтузиастом. Я знаю, сколько вы перенесли, и с давних пор уважаю вас за это. Мало того, скажу больше... В течение последнего года мысль о препятствиях, которые вам приходилось преодолевать, поддерживала во мне бодрость духа. Я говорил себе: "Сделаю по меньшей мере то, что сделал этот человек; а поскольку передо мною нет подобных препятствий, я должен пойти дальше, чем он..." Вокульский слушал, и ему казалось, что он видит сон или разговаривает с сумасшедшим. - Откуда вам это известно? - спросил он. - От доктора Шумана. - Ах, от Шумана! А к чему вы ведете? - Сейчас скажу. Вы были физиком-энтузиастом и... в конце концов бросили естественные науки. Так вот, на котором году жизни вы утратили к ним интерес?.. Вокульского словно обухом ударили по голове. Вопрос был настолько неожиданным и неприятным, что он с минуту не мог не только отвечать, но даже собраться с мыслями. Охоцкий повторил вопрос, зорко вглядываясь в своего собеседника. - На котором году? - переспросил Вокульский. - Год назад... Сейчас мне сорок пять... - Значит, до полного охлаждения мне осталось более пятнадцати лет. Это немного ободряет меня, - сказал Охоцкий словно самому себе. И, помолчав, прибавил: - Это один вопрос; теперь второй, только не обижайтесь. В каком возрасте мужчина. |
