|
Да что это я все разглагольствую о политике, когда в собственной моей жизни произошла такая важная перемена! Кто бы поверил, что уже неделя, как я перестал заниматься магазином - разумеется, на время, иначе, верно, я одурел бы со скуки. Дело вот в чем. Стах пишет мне из Парижа (он и перед отъездом просил о том же), чтобы я занялся домом, который он купил у Ленцких. "Не было печали!" - подумал я, да что поделаешь! Сдам магазин Лисецкому и Шлангбауму, а сам - айда в разведку, на Иерусалимские Аллеи. Перед тем спросил я Клейна, который живет в доме Стаха, что там слышно? Он вместо ответа за голову схватился. - Есть там какой-нибудь управляющий? - Есть, - поморщившись, отвечает Клейн. - Живет на четвертом этаже, вход с улицы. - Хватит, - говорю я, - хватит, пан Клейн! (Не люблю я выслушивать чужие мнения, прежде чем не составлю собственного. К тому же Клейн, парень еще молодой, легко мог бы зазнаться, заметив, что старшие обращаются к нему за сведениями.) Что ж! Делать нечего. Посылаю отутюжить мою шляпу, плачу два злотых, на всякий случай кладу в карман пистолет - и шагом марш в сторону костела Александра. Смотрю - да, вот дом, желтый, четырехэтажный, номер сходится... стой! Вот и дощечка с именем и фамилией владельца: "Станислав Вокульский"... (Это, должно быть, старик Шлангбаум распорядился.) Вхожу во двор... Э, плохо дело!.. Несет, черт возьми, как в аптеке. Мусор громоздится кучей чуть не до второго этажа, по канавам течет мыльная вода. Только тут я заметил, что во флигеле на первом этаже помещается "Парижская прачечная", а в ней, вижу, - девки, здоровенные, как двугорбые верблюды. Это ободрило меня. - Дворник! - крикнул я. Еще с минуту во дворе было пусто, потом показалась толстая баба, до такой степени замызганная, что я не мог понять, каким образом подобное количество грязи уживается по соседству с прачечной, вдобавок еще парижской. - Где дворник? - спрашиваю, притронувшись рукой к шляпе. - А вам чего? - огрызнулась баба. - Я пришел от имени владельца дома. - Дворник в каталажке сидит, - отвечает баба. - За что же? - Ишь ты, какой любопытный! - орет она. - За то, что ему хозяин жалованья не платит. Хорошенькие новости узнаю я с самого начала! Ясное дело, после дворника пошел я к управляющему, на четвертый этаж. Уже в третьем я услышал детский визг, шлепки и истошный женский крик: - Ах негодники! Ах паршивцы! Вот тебе! Вот тебе! Подхожу - двери настежь, на пороге некая дама в сомнительной белизны кофте хлещет ремнем троих ребятишек, да так, что свист стоит. - Простите, - говорю, - не помешал ли я? При виде меня дети бросились врассыпную, а дама в кофте, спрятав ремень за спину, сконфуженно спросила: - Вы не хозяин ли? - Не хозяин, но. |
