|
- Что вы называете обманом? - То, что она принимала преклонение барона, несмотря на то что Старский был ее предметом, как вы выражаетесь. Вонсовская закусила губку. - А у барона не было подобных предметов? - Наверное, были всякий раз, когда подвертывался случай и приходила охота, - ответил Вокульский. - Но барон не разыгрывал невинности, не называл себя образцом нравственной чистоты и не претендовал по этому поводу на всеобщее уважение... Если бы барон покорил чье-нибудь сердце, уверяя, что никогда не имел любовниц, а в действительности имел их, он тоже был бы обманщиком. Правда, кажется, не это беспокоило его невесту. Вонсовская усмехнулась. - Вы просто великолепны... Какая же женщина станет уверять вас, что у нее не было любовников? - Ах, значит, и у вас были? - Милостивый государь! - вспыхнула вдова, срываясь с места. Однако тут же сдержалась и холодно произнесла: - Я попрошу вас несколько осмотрительнее выбирать свои аргументы. - Почему же? Ведь у нас с вами равные права, а я ничуть не обижусь, если вы спросите, сколько у меня было любовниц. - И не подумаю любопытствовать. Она принялась ходить по гостиной. Вокульский кипел от гнева, но держал себя в руках. - Да, признаюсь, - снова заговорила она, - что я не свободна от предрассудков. Но ведь я только женщина, у меня даже мозг легче, как утверждают ваши антропологи; вдобавок надо мной довлеет положение в свете, дурные привычки и многое другое. Однако, если бы я была рассудительным мужчиной, как вы, и верила в прогресс, как вы, я бы сумела освободиться от этих наносных влияний и по крайней мере признать, что рано или поздно женщины должны быть уравнены с мужчинами. - То есть в смысле вышеупомянутых пристрастий? - То есть... то есть... - передразнила она. - Об этом-то я и говорю... - О... зачем же дожидаться сомнительных результатов прогресса? И сейчас уже многие женщины в этом смысле сравнялись с мужчинами. Они образуют весьма влиятельную организацию и именуются кокотками... Но странное дело: пользуясь успехом у мужчин, дамы эти отнюдь не могут похвалиться расположением женщин... - С вами невозможно разговаривать, пан Вокульский, - пыталась урезонить его вдовушка. - Невозможно разговаривать насчет равноправия женщин? У Вонсовской загорелись глаза и кровь прилила к лицу. Она бросилась в кресло и, стукнув рукой по столу, крикнула: - Хорошо же! Не испугаюсь я вашего цинизма и буду разговаривать даже о кокотках... Знайте же, только самые низкие люди способны сравнивать дам, которые продаются за деньги, с порядочными и благородными женщинами, которые отдаются из любви... - Продолжая разыгрывать невинность? - Пусть даже так. |
