– О, Кит, не надо, иначе я заплачу! – жалобно прошептала Анджела. Ее губы уже дрожали, а глаза наполнись слезами. – Зачем говорить об этом именно сейчас!

Зачем было думать о прошлом и будущем, если этот момент вобрал в себя все, чем владела Анджела!

– Прости меня, Ангел! – проговорил Кит виновато, крепко прижимая возлюбленную к себе и нежно поглаживая ее по спине, словно баюкая и прогоняя прочь владевшие ею тревоги. – Я больше не заикнусь об этом, – ласково пообещал он. – И я поберегу тебя, любимая, даю

слово.

– Спасибо, – с печальной улыбкой ответила Анджела. – Теперь я люблю тебя еще больше.

– Насколько больше? – шутливо спросил Кит, глядя в лицо Анджеле, положившей голову ему на плечо.

– Больше, чем горы, больше, чем самый огромный кит, больше, чем есть чаю в Китае. – Она уже вновь улыбалась.

– А я люблю тебя больше, чем «Дезире», даже больше, чем собственную маму, – весело подхватил он.

– Вряд ли бы я ей понравилась, – произнесла Анджела, подумав, как не приглянулась бы она заботливой мамаше, мечтающей о добропорядочном браке для своего сыночка.

– Она полюбила бы тебя только потому, что тебя люблю я. Она очень умна, и ее мало заботят условности. Впрочем, об этом нетрудно догадаться, поглядев на меня, – с усмешкой добавил Кит. – Мы с ней одинаково смотрим на вещи. Всего несколько лет назад она рассказала мне, что, оказывается, не была обвенчана с моим отцом. Он уже состоял в браке. Как и ты. Представляешь, они встретились в опере. Мама говорит, что отец вовсе не был меломаном, а она была погружена в музыку, ведь она – пианистка. И все равно они полюбили друг друга, а он… Он скоропостижно умер, не дожив до моего появления на свет.

– Бедняжка, – ласково сказала Анджела, подумав, как это, наверное, было тяжело для его матери.

– И все равно, даже несмотря на это, мне кажется, что я очень хорошо его знаю, – продолжил Кит. – Мама всегда говорила о нем так, как если бы он был жив. Она очень артистична, немного загадочна и склонна всячески опекать меня.

– И все же, судя по тебе, особых результатов это не принесло, – улыбнулась Анджела, зная, что на протяжении многих лет жизнь ее любимого была похожа на ходьбу по лезвию бритвы.

– Мама наверняка понравилась бы тебе, – просто сказал он. – Она нравится всем. А вот как отнесутся ко мне твои друзья – это еще вопрос, – произнес он неторопливо. – Что тебе сказала Виолетта? Я полагаю, застав тебя сегодня днем наполовину раздетой, она не смогла удержаться от комментариев?

Придвинувшись ближе к Киту и положив руки на его грудь, Анджела подняла на него задумчивый взгляд.

– Она посоветовала мне остерегаться твоего соблазнительного обаяния. – И все же ты ее не послушала.

– Для того чтобы прислушиваться к советам Виолетты, у меня будет достаточно времени после того, как ты меня бросишь, – парировала она.

– Какая же ты упрямая! – нахмурился Кит. – Тебя невозможно убедить ни в чем. Неужели тебе никогда в жизни не попадались честные мужчины?

– Ты уж прости меня, милый, но я не тороплюсь заносить тебя в эту категорию.

– С годами людям свойственно меняться.

– Значит, мне наконец то посчастливилось встретить хотя бы одного порядочного мужчину?!

– Не смейся надо мной, Анджела! Просто поверь мне, дорогая.

– Может быть, когда нибудь… Людям свойственно учиться, дорогой, – мягко, но вместе с тем многозначительно отозвалась Анджела. – Мне было пятнадцать лет, когда на меня стали смотреть как на потенциальную невесту, о чем я, впрочем, еще не догадывалась.