– Да, – нейтральным тоном ответил Кит, – она действительно прекрасная наездница.

– Лучшая наездница во всей Англии! – с уважением поддакнул аптекарь. – Я сам читал об этом в «Уорлд». Там была ее фотография и большая статья о том, что она купила чистокровных арабских скакунов.

– Вам приходилось бывать здесь раньше? – осведомился мистер Кэпшоу, с любопытством разглядывая резной перстень с вырезанным на нем китайским иероглифом на левой руке Кита. Солнечный свет, падавший из окошка, отбрасывал от зеленого камня яркие блики.

– Нет, не случалось.

– Собираетесь тут остановиться?

– Возможно, но еще не знаю наверняка.

– А откуда вы приехали?

– Из Сан Франциско. – Такой ответ не таил в себе никаких опасностей. – Так как насчет моей просьбы? Я, знаете ли, тороплюсь, – обратился Кит к аптекарю, стремясь поскорее закончить эти рискованные расспросы. Когда речь шла о его собственной репутации, он мог позволить себе быть грубым и дерзким, однако в данном случае на кон была поставлена репутация Анджелы, и Кит не хотел сделать ее предметом досужих сплетен.

– Я сейчас покажу вам все, что у нас есть, – ответил аптекарь. Однако когда он вернулся к прилавку, в его руке оказалась целая пригоршня этих столь необходимых для Кита вещиц.

– Замечательно, – произнес тот, вытаскивая из кармана портмоне.

– Что выбираете? – бросив осторожный взгляд в сторону входной двери, тихо спросил аптекарь.

– Я возьму все.

– А а… ну да… конечно… Я могу продать их вам в кредит, – заикаясь, проговорил аптекарь.

– Это ни к чему, – ответил Кит, вынув купюру и бросив ее на прилавок. Вслед за этим он сунул в карман свою покупку. – Сдачу оставьте себе. – Затем Кит кивнул одновременно обоим джентльменам и вышел.

– Да, видимо, это настоящий жеребец! И, судя по всему, весьма занятой! – подмигнул Кэпшоу аптекарю.

– И, кроме того, довольно богатый, – откликнулся Джефриз, помахав в воздухе купюрой в пятьдесят фунтов.

– Ничего удивительного. Человек, который разъезжает на чистокровном скакуне графини, не может быть бедным. Ее родная сестра вышла замуж за герцога, а сама она тесно дружит с самим принцем. Тем более что этот человек – американец. Может, он – один из тех американских миллионеров, которые разъезжают по Англии, скупая тут недвижимость?

– Я попрошу миссис Джефриз, чтобы она спросила об этом у жены своего племянника, невеста которого служанка в Истоне. Уж такого мужчину, как этот, она наверняка приметила!

16

Анджеле не терпелось уйти. Не будучи в состоянии дождаться, покуда разойдутся все гости, она последовала совету Виолетты и, когда эти посиделки стали для нее вконец невыносимыми, извинилась и, сославшись на «легкую простуду», сказала, что намерена подняться к себе и улечься в постель. Однако уже через несколько минут графиня выходила из дома через дверь, предназначенную для слуг.

Она летела через окутанную вечерними тенями лужайку, словно ребенок, которого наконец отпустили погулять, и ее вышитое блестками воздушное платье переливалось в серебристом свете луны. Буковая аллея, озаренная тем же лунным сиянием, превратилась в волшебную дорогу, которая вела ее к любимому человеку, и на душе у Анджелы было так легко и славно, что она, не в силах сдержаться, громко смеялась. Ее ждали целая ночь сладостной свободы и Кит, а завтра, когда она проснется, останется всего двадцать четыре часа до того благословенного момента, когда наконец отбудет последний из гостей.