Кит молнией взлетел по лестнице, неся ей, как пушинку. На самом верху ему пришлось слегка наклониться, чтобы не ушибить голову о притолоку. Едва не касаясь макушкой низкого потолка, он нес графиню к ее спальне.

«До чего же он велик, – подумала Анджела, и по ее коже пробежал сладкий озноб желания, – просто восхитительно велик. И отважен. Кто еще посмел бы появиться у меня в доме вот так, в самый разгар вечеринки, невзирая на полчища гостей?»

– Расскажи мне о рисунках на твоей кровати, – прервал ее размышления Кит, которому каким то образом удавалось оставаться на удивление учтивым, даже светским, в то время как он нес ее по полутемному коридору.

– Меня изумляет твоя выдержка, – удивленно проговорила Анджела, чувственность которой резко контрастировала с его изысканной вежливостью. – А что, если мне невтерпеж?

Он улыбнулся.

– Мы займемся и этим, но только после того, как ты покажешь мне свою кровать. – Остановившись перед ее спальней, он ногой толкнул дверь.

Из комнаты полился яркий свет, который упал и на ошеломленное лицо Анджелы.

– Я вижу, ты серьезно настроен.

– Мне нравится смотреть на тебя, – сказал он, осторожно опустив ее на пол после того, как перешагнул через порог. – И я никуда не уйду отсюда. – Скрестив руки на груди, Кит спокойно прислонился широкой спиной к дверному косяку. – Жду от тебя лекции по истории.

Нарочитая небрежность его поведения завораживала так же, как и явно читавшееся в них намерение навсегда остаться в ее жизни.

– Похоже на темперу, – заметил он, кивнув в сторону богато расписанной кровати, словно преподаватель, подбадривающий студента, который никак не решится начать ответ.

Она испытующе взглянула на него.

– И долго так будет продолжаться?

– Вовсе не обязательно. Просто я, когда разжег тут огонь, увидел, как богато, – он чуть замялся, задумчиво ухмыльнувшись, – я бы даже сказал, с выдумкой, украшена твоя кровать. И мне пришло на ум, что это неспроста. Рисунки, кстати, великолепны. Мне особенно нравится вот эта сцена в саду.

– Все таки ты странен.

– Тем, что не бросился с порога заниматься с тобой любовью?

– Нет, потому что заинтересовался какими то рисунками.

– Они очень необычны. Согласись, рисунки в стиле книжных иллюстраций на кровати – это нечто уникальное. К тому же, – оживленно улыбнулся Кит, – было бы интересно узнать поподробнее об изображенных здесь трудолюбивых монахах, раз уж эта братия собралась подглядывать за нами сегодня ночью.

– Подглядывать? – Столь необычная мысль еще ни разу не приходила ей в голову.

– На их месте я бы не удержался, если бы ты вдруг оказалась обнаженной перед моими глазами. – В его глазах заплясали знакомые смешинки. – Откуда они – из четырнадцатого столетия?

Анджела покачала головой.

– Из двенадцатого. Просто чудо, что эта кровать сохранилась в таком прекрасном состоянии.

– Должно быть, ею очень дорожили из за изображенной здесь «книги часов».

– То же самое можно сказать и о календаре. Посмотри, каждый месяц сопровожден описанием какого нибудь из местных обычаев, связанных с определенными временами года, – добавила она. – Эти рисунки и в самом деле, судя по всему, относятся к четырнадцатому веку. Так что тебе не откажешь в проницательности.

– Не спорю. – Взгляд его зеленых глаз заскользил по изгибам ее тела, облепленного тонкой серебристой материей, промокшей под дождем. В таком виде она казалась еще соблазнительнее.

– Если будешь себя хорошо вести, то, может быть, я и разрешу тебе полежать на ней, – кокетливо проговорила прелестная графиня.