– Покази, покази! – нетерпеливо закричала она, полностью сосредоточив внимание на его руках. Девочка сидела тихо как мышка, наблюдая, как он мастерит мачту из прутика и длинной травинки.

Ополоснув руки в озере – тоже к вящему удовольствию Мэй, – они начали пускать кораблики, сделанные из палочек, под парусами из листьев. Это развлечение настолько захватило и ребенка, и обоих взрослых, что они не заметили, как прошла пара часов. О времени напомнила им Берджи, пришедшая, чтобы сказать о том, что пора кормить девочку.

Кит заметил няню издали, когда та появилась на вершине холма, отделявшего дом от озера.

– Мне пора, – спокойно констатировал он и попытался подняться.

– Вовсе нет, – остановила его Анджела, удержав за руку.

– Одна из твоих незаметных служанок?

– Да, они незаметны. А разве твоих часто можно видеть?

Кит скорчил гримасу. Тот, кто служил ему, действительно не лез на глаза посторонним, однако какое до этого дело женщине? Им овладело чувство мужского превосходства – так было легче оправдать себя. Однако настроение испортилось.

– Я полагал, что в этом мире порядки определяют мужчины.

– По большей части да.

– Но, видно, все же не всегда, – проворчал он.

– Я просто обожаю, когда ты ревнуешь.

– А я ненавижу, – все так же угрюмо буркнул он.

– Бейдзи! – восторженно завопила крошка Мэй, завидев няньку. Вскочив на ноги, она опрометью бросилась к молодой женщине. – Иди, иди сковее! Смотви, как здолово!

– Совсем такая же, как ты, – ухмыльнулся Кит, немного подобрев, наблюдая, как малышка бежит, припрыгивая, навстречу няне. – Прирожденная энтузиастка.

– Да, я иногда бываю такой же, как моя маленькая дочь, когда на то есть причина. Таких причин не очень много, и одна из них – это ты. – Она погладила его по руке, опиравшейся на траву. Мокрые кончики пальцев легко пробежали по его ладони.

– Сколько мне ждать? – спросил он, и голос его прозвучал покорно.

Взглянув на вершину холма, где Берджи уже распростерла объятия навстречу Мэй, Анджела ответила:

– Вероятно, до ночи.

– Как будто нельзя обойтись без этого твоего «вероятно».

– Пойми же, я должна вернуться к гостям.

– Ну вот, опять… – протянул Кит севшим голосом. – Я сама едва удержалась от того, чтобы сбежать к тебе, не дожидаясь обеда. Но что делать? Предстоящие три дня, – она сделала глубокий вдох, – будут особенно трудными.

– И все же сегодня днем тебе не помешало бы немного отвлечься от забот, – мягко заметил Кит. – Мне нельзя, – прошептала Анджела, и ее взгляд вскользнул по животу Кита к его бедрам. – Совсем немного, – проникновенно повторил он, перехватив ее взгляд. – Никто о тебе даже не вспомнит.

– Может быть, они и в самом деле не хватятся меня, – задумчиво проговорила графиня, и на щеках у нее расцвел румянец.

– Что ж, решай сама, – подытожил Кит внешне равнодушный, но голос его был обволакивающе бархатным. – Да вот и они. Встречай, мама, – добавил он сладким тоном, словно разделяя ее материнское счастье. – И готовься.

Следующие несколько минут прошли вполне гладко. Ни Кит, ни Анджела ничем не выдали себя: ни за что нельзя было догадаться, что между этими двоими существует интимная связь. В значительной мере это было заслугой Кита, который в полной мере использовал свое обаяние. Вместе с Мэй он показывал Берджи, как плавают в запруде кораблики, и в конце концов заговорил с молодой няней на ее родном шведском языке, поинтересовавшись, каким образом она оказалась в Истоке.