– Но вы же сказали мне, что в вашем доме хватит дел на годы. Что же касается расточительности… наверное, в этом нет большого греха, ведь вы же на свои деньги снарядили эти каперы. И потом… есть еще Кобхем… Если бы это был мой дом, я согласилась бы целый год обходиться без новых нарядов и все деньги тратить только на него…

– Именно этого я и ждал. Кобхем способен разорить меня.

Леннокс был одновременно и доволен, и расстроен, и Фрэнсис показалось, что он помрачнел. Она инстинктивно сжала его руку, чтобы успокоить.

– Есть еще кое-что, что должно быть вам приятно, – прошептала она. – Хоть я и рассердилась тогда, но все-таки вспоминала вас. Больше года назад я мечтала… Но тогда вы не обращали на меня никакого внимания…

– Как я мог показать, что неравнодушен к женщине, которая вот-вот станет моей королевой? Я рискнул сейчас сказать вам о своих чувствах только потому, что Джулия уверена: с вами случилась беда, о которой вы никому не говорите.

– О да, случилась! Король дал мне время – до того дня, когда мне исполнится девятнадцать лет. До следующего месяца. Потом я должна отдаться ему по собственной воле, или он… Замужество представляется мне единственным выходом, я подумала, что он, наверное, не станет мстить человеку, который захочет увезти меня куда-нибудь в тихое место, где не будет людей, и сделать так, чтобы про нас все забыли. Но вы – совсем другое дело… Вы принадлежите к королевской семье, и у вас большое состояние. А когда Карл разозлится, он вполне может уничтожить вас…

– Да, – согласился Леннокс, – может…

– Но нам, наверное, поможет королева, – с надеждой сказала Фрэнсис. – Если и она ничего не сможет сделать… Неужели Карл сможет разлучить нас?

Фрэнсис почувствовала, как в ее сердце вошел страх. Леннокс не выпускал ее из своих объятий, а она думала о том, что услышала от него…

Он сердился на нее и был с нею нежен и ласков. Он честен с ней. Возможно, у него немало прегрешений, и он сам признает это, но кто безгрешен? У нее не было оснований сомневаться в его любви, и она понимала, что, женившись на ней, он сильно рискует, потому что у него не было уверенности в ее чувстве к нему.

– Возможно, я принесу вам только волнения и неприятности, – сказала она, но он рассмеялся.

– С самого первого момента, как я увидел вас, именно это и происходит, но я знал, что без вас мне не будет покоя. Если вы станете моей женой, клянусь, я буду верен вам до конца своих дней. Я буду любить вас, и со временем вы ответите на мою любовь.

– Да, – сказала Фрэнсис. – Я верю, что будет именно так.

И только тогда Леннокс приказал ехать в Уайтхолл, и они были уже вблизи набережной, она вновь почувствовала волнение и страх, которые испытывала во время всей этой поездки.

– Обещайте мне, что какие бы ни возникли трудности, вы позволите мне поговорить с королем. Он действительно привязан ко мне и, как бы ни был зол, вряд ли сможет испортить мне жизнь или разбить мое сердце жестоким обращением с вами, – торопливо проговорила она.

И тут Леннокс задал вопрос, который на его месте задал бы любой влюбленный:

– А это действительно разобьет ваше сердце?

– Сознавать, что я причина ваших несчастий? Конечно, я буду страдать.

Фрэнсис понимала, что это не совсем тот ответ, которого ждал от нее Леннокс, и говорила с некоторым смущением.

Мысленно он тяжело вздохнул. Она кокетка и всегда будет поступать по-своему.

– Пусть будет так, как вы хотите. Это правда, что Карл никогда не мстит женщинам, хотя Барбара Каслмейн давала ему немало поводов.