– О, ненаглядная моя! Как я мог жить в разлуке с вами! А ведь одно из условий короля – именно разлука. Я должен ехать в Кобхем, чтобы привести в порядок все свои дела.

– Но вы не сможете время от времени приезжать в Лондон? Мы помолвлены, и как же он может запретить вам видеться со мной?

– Может. И объяснит это тем, что заботится о вашем благополучии.

– Какая глупость, – грустно сказала Фрэнсис. – Ведь то, к чему он так стремится, означает мою гибель! Но я хочу надеяться, что, когда пройдет немного времени, он станет вести себя более разумно. Никто никогда не сомневался в его доброте, и, к счастью, у него так много других дел, которые требуют его внимания, что он просто не может много думать о нас. Но мы должны быть осторожными, мы станем видеться здесь, в моих апартаментах, которые во время ваших визитов в Лондон будут закрыты для всех остальных. Кто будет знать, что вы в Лондоне, если вы приедете не в своей роскошной карете, а верхом? И не нужно вам останавливаться в своих апартаментах, в Баулинг Грин. Много постоялых дворов, в которых вы вполне сможете затеряться среди других путешественников.

Этот благоразумный и точный план восхитил Леннокса. Они сидели на диване возле окна и обсуждали его детали. Во время этих тайных визитов, говорила Фрэнсис, он должен быть одет очень скромно. Ему следует выбирать немодные, дешевые постоялые дворы, где он не должен будет бояться случайных встреч с друзьями, и приходить к ней только после наступления темноты.

Во время разговора Леннокс обнял Фрэнсис, и она положила ему голову на плечо. Когда он поцеловал ее, она ответила ему с такой радостью, с какой никогда не могла ответить на поцелуи короля, и это совершенно новое чувство привело ее в восторг.

– Не надо заглядывать далеко вперед, – говорила она, стараясь внушить Ленноксу правила, которым всегда следовала сама, – просто удивительно, как иногда поворачиваются события, если ты сам спокоен и вроде бы ничего не делаешь. Правда, в последнее время мне пришлось немало поволноваться.

– Больше вам не придется тревожиться, – уверенно ответил ей Леннокс. – Мы – недвижимое имущество короля.

В тот вечер они простились окрыленные надеждой, хоть обоим и было грустно. Леннокс пообещал приехать в Лондон через неделю. Они решили, что будет разумнее всего, если он уедет немедленно, чтобы не вызывать неудовольствия Карла. Она будет носить его подарок – кольцо: сапфир, окруженный бриллиантами. Это кольцо раньше принадлежало его матери, и Леннокс обещал, что либо сам привезет его, либо пришлет с надежным человеком.

Они простились с большим трудом, после бесконечных объятий, не подозревая, что до их следующей встречи Лондону предстоит пережить очередную беду.

Первая неделя после отъезда Леннокса прошла во дворце более весело, чем обычно, и Фрэнсис танцевала на большом балу, который был дан в честь дня рождения королевы, так, словно в ее жизни не было ни волнений, ни тревог. Так оно и было на самом деле, потому что, приняв важное решение и зная, что ее помолвка объявлена открыто, она чувствовала себя счастливее, чем когда-либо раньше.

Леннокс выполнил данное ей обещание и прислал с посыльным из Кобхема аккуратно запечатанный пакет, в котором Фрэнсис нашла прекрасное сапфировое кольцо и первое любовное письмо от него, в котором было написано, что она – самое ценное сокровище и смысл всей его жизни.

Фрэнсис носила это кольцо и открыто ликовала. Королеве оно очень понравилось, король мрачно посмотрел, но не сказал ничего. Все фрейлины поздравили Фрэнсис, а сердечная и добрая леди Дэнхем, которая была известна как искуснейшая рукодельница, пообещала ей в качестве свадебного подарка фату. Леди Суффолк высказала предположение, что свадьба Фрэнсис, несомненно, станет большим событием наступающей весны.