Едва выйдя за дверь, Майкайла тут же остановилась и с огромным удивлением и радостью начала оглядываться вокруг. Небо было ярко‑синим и безоблачным, нигде до самого горизонта не виднелось ни единой тучки. Солнце ярко освещало всю площадь, заметно потеплело. Воздух, конечно, по‑прежнему казался холодным, но температура явно поднялась уже выше нуля, и почти весь лед на площади успел растаять. Тот участок, который они с Файолоном обработали вчера, по‑прежнему оставался сухим; пожалуй, лишь пятая часть площади, у самого обрыва, была покрыта ручейками воды, стекавшими в пропасть между скалами.

Обходя двор, Майкайла доела хлеб, зажгла второй факел от первого и занялась просушкой тех участков двора, что еще не успели высохнуть сами. Когда наконец Файолон присоединился к ней, Майкайла продвинулась уже весьма далеко. С его помощью очень скоро всю работу удалось закончить. Когда пришло время обеда, они с удовлетворением оглядели чистенькую сухую площадь – солнечную батарею, – успешно впитывавшую в себя солнечные лучи. Когда Майкайла из любопытства сняла перчатки и. наклонившись, коснулась мостовой, то едва не обожгла руку.

– Теперь все будет в порядке! – заявила она. – Зеркало должно заработать как надо. Пойдем‑ка посмотрим на него!

– А ты пообедала? – спросил Файолон.

Майкайла уставилась на него в недоумении:

– Как можно думать о еде в такой момент!

– Просто я тебя слишком хорошо знаю, Майка. Стоит тебе только забраться в эту пещеру, и ты захочешь провести там весь день до самого вечера. Так что давай сперва пообедаем, хорошо?

– Нас ждут там чудеса, оставленные Исчезнувшими, а ты хочешь так вот просто пойти и приняться за еду!

– Чудеса Исчезнувших никуда не денутся, – резонно заметил Файолон, – они спокойно лежат там уже по крайней мере парочку столетий, так что ничего страшного, если они подождут еще немножко. К тому же, – добавил он с ухмылкой, – у тебя, по‑моему, уже урчит в животе.

К несчастью, он оказался прав. Желудок Майкайлы явно не разделял энтузиазма своей хозяйки по поводу научных изысканий.

– Ладно, – вздохнула она со страдальческим видом. – Раз уж ты так настаиваешь – пойдем.

– Да, я настаиваю, – сказал Файолон, хватая собеседницу за руку и увлекая ее в направлении кухни.

После еды, прихватив закрытый фонарь – Файолон убедил, что те факелы, которыми они только что разогревали лед на дворе, могут оказаться небезопасны: вдруг что‑нибудь из того, что хранится в кладовке на самом нижнем уровне башни, окажется огнеопасным или легко взрывающимся, – они вышли на лестницу и отправились вниз. Дойдя до хранилища, Файолон с большим интересом принялся изучать этикетки на бочках, корзинах и ящиках.

– Мне так хочется все это прочитать… – проговорил он.

– Хорошо бы по крайней мере разобраться в этом алфавите, – добавила Майкайла. – Что ж, может, мы со временем найдем способ освоить эту письменность.

– Это и вправду было бы крайне интересно, – признал Файолон, следуя за Майкайлой в туннель.

Поскольку сегодня у них был фонарь, Майкайла не стала зажигать светильники, развешанные по стене. И вот перед ними предстала дверь в пещеру. Они вдвоем ухватились за ручку и изо всей силы потянули ее на себя. Та наконец приоткрылась настолько, что в получившуюся щель удалось пробраться, и Майкайла повела своего спутника дальше, в комнату с «магическим зеркалом».