– Отверзание уст. – провозгласил он. В руках у мужчины явно было какое‑то руководство по магии.

Последовавшие затем фразы остались для Майкайлы пустым звуком, но она продолжала наблюдать за церемонней. На статую надели новое платье и поставили ее на ноги. Возле стола лежала сваленная в кучу старая одежда, снятая со статуи раньше. Майкайла оглядела комнату, в которой шло магическое действо, в попытке найти что‑нибудь, что помогло бы определить, где все эти события происходят. Комната была явно вырублена внутри цельной скалы, но следов инея на стенах не оказалось. Помещение выглядело тесным, с низким потолком, и было набито людьми до отказа. Майкайла подозревала, что это где‑то в горах, вот только где?

– Где они находятся? – произнесла она вслух.

– Показать местоположение храма Мерет? – спросил голос.

– Это происходит в храме Мерет? – переспросила девочка.

– Да.

– Покажите местоположение храма Мерет, – повторила Майкайла.

Картинка исчезла, и вместо нее показалась карта полуострова с двумя отметинами на ней – черной точкой, в которой Майкайла узнала то место, где они с Файолоном теперь находились, и красной точкой на северном склоне горы Джидрис – возле самой вершины, но все‑таки явно на территории Лаборнока. Возле обеих точек засветилось несколько надписей, но все они оказались на том самом непонятном языке, что и этикетки на ящиках с приборами Исчезнувших.

– Как бы мне хотелось суметь прочитать все это! – разочарованно проговорил Файолон.

– Запустить языковую учебную программу? – спросило зеркало, среагировав на высказывание мальчика.

Майкайла с Файолоном взглянули друг на друга, и глаза у них полезли на лоб от удивления. «Так что же это за штуковина? – не переставала удивляться Майкайла. – Остается надеяться, что она сама когда‑нибудь объяснит, что собой представляет, а пока что…» И кивнула Файолону, чтобы тот ответил зеркалу.

– Да, – произнес он. Голос его вздрагивал от нервного возбуждения.

– Сообщите имя учащегося.

– Файолон Барский, – ответил тот.

– Имя второго учащегося?

– Майкайла.

Зеркало на мгновение потемнело, затем на нем зажглась буква, а рядом с нею – небольшой рисунок домика.

– Алеф, – произнес прибор.

– Алеф, – повторил Файолон.

Зеркало поочередно выдало еще четыре буквы, а затем на экране появилось без всяких картинок слово из пяти букв, одна из которых светилась ярче прочих.

Файолон молчал, а Майкайла не переставала думать о том, чего же хочет от них зеркало. Спросить, однако, она не решалась, так же как и вообще что‑нибудь произнести. Прошло примерно полминуты, и зеркало наконец заговорило само.

– Алеф, – произнесло оно.

– Я, кажется, понимаю, – сказал Файолон. – Оно меня проверяет: узнаю ли я только что выученные буквы.

– Алеф, – повторило зеркало.

– Алеф, – отозвался мальчик.

Буква мигнула еще раз, и Файолон, не дожидаясь повторного приглашения, снова повторил слово «алеф». Зеркало, видимо, этим удовлетворилось и перешло к следующей букве. Буквы менялись одна за другой, и Файолон, теперь уже не задерживаясь, произносил их названия.