— Что ты делаешь?

— А?

— Ты сидишь там больше часа с открытым ртом. Это не очень привлекательно, —  ругает она.

Когда я не отвечаю, она становиться надо мной и стучит по голове.

— Алло? Есть кто дома?

Я отвожу взгляд от пустого места на стене и поворачиваю голову, чтобы посмотреть на нее.

Она качает связкой газетных страниц возле моего лица.

— Я думала, мы могли бы повеселиться. Работа над моим обручальным объявлением для Нью-Йорк Таймс. Ты писатель. Это должно быть несложно для тебя.

— Я не писатель. Больше не писатель, —  тупо отвечаю я.

— Не смеши. У тебя было одно маленькое поражение.

Она садиться рядом со мной с кучей бумаг на коленях.

 — Я собирала эти с мая. Объявления о свадьбах и помолвках в Нью-Йорк Таймс. Также известны как спортивные женские страницы.

— Кому это важно?—  Я поднимаю голову.

— Каждому, кто что-то значит в Нью-Йорке, Воробушек, —  она объясняет, как будто ребенку — И это особенно важно, потому что Таймс не возьмет просто какое-то старое объявление. Муж должен быть из Лиги Плюща. И обе стороны должны быть детьми правильного рода семей. Старые деньги хорошо, но новые деньги будут работать. Или знаменитость. Если, например, у невесты знаменитый отец, например, актер, скульптор или композитор, она обязательно попадет в газету.

— Почему ты не можешь просто выйти замуж? —  Я тру свои щеки. Моя кожа холодная, как будто кровь прекратила циркулировать.

— Ну и в чем же тогда забава? —  Спрашивает Саманта. — Зачем женятся в Нью-Йорке, если вы собираетесь быть никем? Тогда лучше остаться дома. Свадьба в Нью-Йорке —  это принятие вас на достойное место в обществе. Вот почему мы женимся в Century Club. Если вы делаете свадьбу там, это заявление.

— Которое значит?

Она гладит мою ногу.

— Что вы приняты, Воробушек.

— Но что если нет? Не приняты.

— Ради Бога, Воробушек. Ты так себя ведешь, как будто ты принята. Что с тобой не так? Ты что забыла все, чему я тебя учила?—  И прежде, чем я могу возразить, она идет к пишущей машинке, вставляет в нее бумажку, и указывает на стул. — Ты пишешь. Я диктую.

Мои плечи опускаются, но я следую ее приказу и размещаю свои руки на клавиши, больше по привычке, чем из сознательного действия.

Саманта перебирает страницы из ее кучи и сканирует объявления.

— Вот хорошая. «Мисс Барбара Халперс из Ньюпорта, Род-Айленд, известна своим друзьям как Лошадка».

Если она шутит, она полностью меня сбила с толку.

— Я думала, что ты с Вихокена (штат Нью-Джерси).

— Кто хочет быть оттуда? Напиши «Шорт-Хиллс» Шорт-Хиллс является приемлемым местом.

— А что если кто-то проверит.

— Они не будут этим заниматься. Мы можем продолжать? Мисс Саманта Джонс.

— Как на счет миссис?

— Ладно. Миссис Саманта Джонс из Шорт-Хиллс, Нью-Джерси, которая посещала. . . — Она делает паузу. — Какой колледж находится рядом с Шорт-Хиллс?

— Я не знаю.

— Тогда напиши Принстон. Это достаточно близко, Принстон.—  она продолжает, довольная своим выбором

— И я окончила со степенью в области. . . Английская литература .

— Никто не поверит в это. —  Я протестую, начиная оживать. — Я никогда не видела тебя читающую что-то, кроме книг — помоги себе сам.

— Ладно. Пропустим часть о моей степени. Это все равно не имеет значения, —  она говорит взмахивая волосами. — Хитрость в том, кто мои родители. Мы скажем, что моя мать была домохозяйкой— это нейтральный вариант, а мой отец был международный бизнесмен.