|
Целая вереница смертей. Пожалуй, помощник шерифа двадцативосьмилетний Джек Монро прервет по такому случаю свой отпуск, но Лоулесс понял, что они не справятся с этим валом смертей. Во‑первых, он договорится с начальником полиции Манчестера, чтобы тамошняя полиция прислала парочку опытных людей из отдела убийств; во‑вторых, самое время появиться фэбээровцам. Это нужно было сделать давным‑давно. Кроме всего прочего, теперь не обойтись без откровенного разговора с представителями средств массовой информации. Каким нужно было быть идиотом, чтобы прийти к этому решению только сейчас? Несмотря на то, что на Оруэлл обрушился шквал необъяснимых убийств (как будто городишко на время попал в иной мир), Лоулесс до сих пор мерил все прежними мерками. Слова врача особо его не обеспокоили, хотя, если рассудить, он ведь провел какое‑то время в доме, где скончалась целая семья и где только что умер Донер, потеряв свою кровь без единой раны или даже мелкого пореза, в общем, умер так же, как и хозяева дома. Почему Лок смотрит на него так странно? Уж не заметил ли он какую‑нибудь капельку крови, выступившую над бровью?
– Марк, я что, испачкался в крови? – Да нет же, Чарли! У тебя… все в порядке, но… ты по‑мо‑ло‑дел! – Док вытер свои тонкие губы тыльной стороной маленькой пухлой ручки. Шериф вымученно улыбнулся: – Наверное, засиделся я. А теперь вот подвернулось дельце, вот кровь и заиграла… – Чарли! – могильным голосом сказал Лок. – Ты должен посмотреть на себя. В зеркало. – О'кей, посмотрю. – Он повернулся лицом к дому. – Там, в холле, у Холи… – Не ходи туда, Чарли! – взвизгнул Лок, и голос у него снова стал высоким и тонким. – Нет, не ходи. Я не пущу тебя туда! – Ну, хорошо, хорошо. – Лоулесса еще больше испугала реакция врача. – Я не пойду туда. – Чарли едва удержался, чтобы не спросить, как же сам Лок войдет в дом, ведь это его обязанность. Шериф промолчал. Сейчас лучше не спорить. – У тебя есть зеркальце, Марк? – Откуда? Посмотри в зеркало заднего вида в машине, – нашелся Лок. – Ладно. Нетвердой поступью Лоулесс подошел к дверце со стороны водителя. Он хотел потрогать лицо на ощупь, но передумал. Две секунды – и шериф увидел свое отражение. Лоулессу в этом году исполнилось сорок девять. Для своих лет он был в неплохой форме. Но то, что он увидел, поразило его. Чарли показалось, что его ткнули носом в собственную фотографию десятилетней давности. Даже больше. Ни намека на второй подбородок, со лба исчезли морщины, кожа на щеках стала более упругой. Не оставалось сомнений – он помолодел больше чем на десять лет, по крайней мере внешне. Ослабевшей вдруг рукой, которой он водил по лицу, шериф выключил подсветку в «форде». Лок, видевший его состояние, счел за благо промолчать. Его комментарий понадобится немного позже, а пока Лоулесс должен осмыслить происшедшее самостоятельно. Чарли сидел совершенно ошеломленный. Через несколько минут, немного оправившись от потрясения и несколько восстановив способность думать, шериф отметил про себя, что, побывав в этом доме, он не погиб от таинственного кровотечения, не замерз, ему (как ни смешно) не хотелось есть. Однако он подхватил какую‑то новую заразу. Помолодел. На десять – пятнадцать лет за полчаса. Появлялся еще один закономерный вопрос – это предел или только начало? Если предел, что это только полбеды (если вообще беда), но если… Лоулесс не хотелось даже думать об этом.. «В конце концов, – подумал шериф, – пора бы уже привыкнуть». Год назад сын Треворов принял у них вступительный экзамен, и этой осенью учеба пошла полным ходом. Надо бы меньше времени тратить на удивление, Чарли. |
