Изменить размер шрифта - +

 

 

 

 

 

 

 

x x x

 

 

     Из моей деревни глазу открывается такой простор,

     словно из вселенной.

     А раз так, то моя деревня не меньше целой страны,

     Значит, и я столь же велик, как то, что мне видно,

     А не такой, как на самом деле...

     Просто в городе жизнь ростом поменьше,

     Чем в моем доме, что стоит на юру.

     Здания в городе запирают нам глаза на ключ,

     Скрывают горизонт, застят небо,

     Отнимают у нас то, что дают нам глаза,

     И мы уменьшаемся и беднеем, потому что видеть -

     это наш единственный дар.

 

 

 

 

 

 

x x x

 

 

     В тусклом свете сумерек -

     Поля за окном.

     Я читаю до потемненья в глазах

     Книгу стихов Сезарио Верде.

 

     Что за горе! Он, бывший крестьянин,

     Стал узником города, чья тюрьма - свобода.

     Он так вглядывался в каждую улицу,

     В каждый дом,

     Пытаясь постичь все, что вокруг,

     Как глядят на деревья,

     На тропу под ногами,

     Как смотрят на полевые цветы.

     Его душу терзала такая тоска,

     Что и в словах не мог он излить.

     Шел он по улице, как идут вдоль межи,

     И грустил, будто сорвал цветок,

     В книге засушил или в вазу поставил...

 

 

 

 

 

x x x

 

 

     Однажды в полдень, в день конца весны,

     Мне сон приснился - четкий, словно фото.

     Я видел, как Христос сошел на землю.

     Вновь став ребенком,

     Он бежал с горы,

     Бежал с горы, катился по траве

     И рвал цветы, бросал их и смеялся -

     Был слышен его смех издалека.

 

     Он убежал с небес.

     Он слишком нашим был, чтоб притворяться

     Второй персоной в Троице небесной.

     Там, в небе, было все ненастоящим,

     Так явно контрастируя с земными

     Деревьями, цветами и камнями.

     Там должно было быть ему серьезным,

     И становиться взрослым то и дело,

     И на кресте все время умирать,

     Венец надев с колючими шипами,

     С ногами, приколоченными крепко

     Гвоздями, и с набедренной повязкой,

     Какие встарь носили дикари.

     И мать с отцом ему иметь не полагалось

     Таких же, как у всех других детей.

Быстрый переход