– Я даже знаю, что их тут два!

– Похвально, напишу благодарственное письмо твоему отцу. А теперь работай.

Бруция, конечно же, не удержалась, задалась вопросом – а не пошел бы я? Но дело свое она делала, и этого мне было достаточно.

Она была права насчет самописцев, их действительно два. Просто один называется по-другому, но суть примерно та же. Он записывает все, что происходило с кораблем. А основной самописец еще и сохранил для нас видео и звук из салона… В идеале. Или нет, но на месте такое не узнаешь.

Начала Бруция вполне бодро: без моих инструкций отыскала нужную панель, открутила защиту, убрала в сторону металлическую решетку… Ну а дальше, как это часто бывает в Секторе Фобос, все полетело к звезде.

В панели управления успело что-то поселиться, и на вторжение Бруции оно отреагировало без понимания. Оно вырвалось оттуда, из тьмы, настолько быстро, что кочевница не успела даже отпрянуть. Тут я ее не виню: никто бы не успел, если что-то невозможно, то это невозможно. Особенно при том, что кочевники были замедлены скафандром и водой, а существо, напавшее на Бруцию, находилось в своей стихии.

Оно было некрупным, плоским и белесым. Больше всего оно напоминало мне медузу, хотя, если совсем уж честно, выглядело более жутким. Откуда знаю? А оно полностью облепило шлем Бруции, захватив в том числе и камеру, через которую я вел наблюдение.

Со стороны это нечто наверняка казалось комком мутной плоти, но я на экране мог разглядеть его получше. Верхний слой – это оболочка, светлая, полупрозрачная, а внутри что-то шевелится… Видимо, внутренности этой твари, но похожи они на плотно переплетающийся комок из сотен тонких червей.

От такого даже мне становилось по меньшей мере неуютно, а уж Бруция, у которой это нечто прямо перед глазами зависло, и вовсе начала метаться. Она испугалась, предсказуемо, но легче положение от этого не становилось. Ситуация и без того сделалась серьезной, а кочевница еще и рисковала навредить сама себе. При таком раскладе советовать успокоиться – все равно что умирающему пинок под зад дать. Мне нужно было принять управление на себя, причем быстро.

Для начала я развел каналы связи. Мы использовали один на всех, но теперь я опасался, что эмоциональная связь между кочевниками заставит их наделась глупостей. Сейчас и Бруция, и Тодорус слышали только меня, друг друга – нет.

– Замерла на месте, быстро, – велел я Бруции достаточно жестко, чтобы она подчинилась. Потом я обратился к Тодорусу: – В кабину пилота, у сестры проблема. Не делай ничего, только докладывай мне, что ты видишь, иначе она умрет.

Все время миссии Сатурио, помогавший Мире, и так был одним ухом в салоне. Теперь же слова «она умрет» подействовали на него магически: он прямо-таки материализовался рядом со мной.

– Что ты натворил?! – прорычал старший кочевник.

Мне сейчас было остро не до него, поэтому я парой жестов объяснил ему, где временно разместить на хранение свое мнение. Все мои усилия были сосредоточены на спасении Бруции. Не потому, что ее брат мог мне шею свернуть… Ну, или не только поэтому. Я бы не бросил ее, даже если бы Сатурио не нависал надо мной гильотиной.

Я как раз из тех, кто понимает: станции нужны кочевники, а популяция Барреттов на днях и так уменьшилась. Да и потом, Бруция не так уж плоха. Даже забавна, когда рот закрытым держит.

Будто желая получить еще пару баллов в моем рейтинге, она подчинилась мгновенно, замерла, хотя с уродцем, зависшим в паре сантиметров от ее лица, сделать это наверняка было непросто. Тодорус тем временем отчитался:

– Это нечто полностью обхватило шлем, частично распространилось на шею, ниже – нет. И оно, похоже, давит!

– Оно на тебя давит? – тут же уточнил я у Бруции.