Мое терпение решили не испытывать – а то ведь уйду, такой план сорвется! Свет в зале потускнел, хотя я так и не понял, откуда он шел изначально, не было тут ни ламп, ни факелов, ни прочих магических шаров. Наступивший полумрак подчеркнул собственное сияние молочной воды, а потом еще и на стенах искры заплясали – разного размера и цвета, сперва я решил, что расположенные в случайном порядке, но быстро разобрался, что они куда больше напоминают четкую структуру созвездий. Правда, совершенно незнакомых, но какая разница?

Вода в колодце задвигалась, пошла ребристыми волнами. Я отступил подальше – на случай, если закипит или начнет фонтанами исходить. Но в остальном же я никак волнение не проявлял, стоял, спрятав руки в карманы, и смотрел.

Нельзя сказать, что я был совершенно уверен в своей безопасности. Раз я не разобрался в сути происходящего здесь, с оценкой возможностей островитян дела тоже обстоят не очень. Но кое-что все-таки дарило мне спокойствие: убить меня можно гораздо более простым способом, а если этого не сделали сразу, я зачем-то нужен аборигенам. Тот самый исходный мотив, который породил постановку… Я надеялся получить хотя бы намек на него.

Меня в колодец все-таки не засосало, уже хорошо. Ситуация была скорее обратная: оттуда что-то полезло. Волны усилились, обратились кругами, потом расступились, выпуская на поверхность величественно поднимавшегося… кого-то. По макушке не различишь, может быть как человек, так и какое-нибудь местное высшее божество.

Хотелось как-то ускорить этот процесс, но – магия, величие, все дела… Я ждал, сначала терпеливо. Но когда оно поднялось достаточно высоко из воды и я сумел разглядеть это порождение колодца, от терпения не осталось и следа. Треснуло оно и разлетелось на части, сменившись раздражением… Но это так, на поверхности. Из той самой глубины души, в которую мне полагалось заглянуть, уже рвалась на свободу лютая ярость, которая годами была моей лучшей союзницей на охоте.

Они этого и хотели? Лишить меня хладнокровия своим дешевым трюком? Или причиной всему искренняя тупость, не стоит приписывать им ничего сложнее?

Так или иначе, из мутной воды поднималась Кристина.

Да вашу ж мать.

Почему те, кто надеется на меня воздействовать, постоянно откапывают Кристину? Не так давно этим уже развлекался божок местного разлива на «Слепом Прометее», а потом у него голова немножко взорвалась. Но островитяне то ли не знали об этом, то ли у них с построением причинно-следственных связей туго.

Причем в исполнении сектанта Кристина была безупречна, потому что он выковырял ее из моей памяти. Тут… без понятия, чем они вдохновлялись, какие фотороботы выклянчили у людей, наблюдавших за судом надо мной, архивы-то я подчистил… В любом случае это была повзрослевшая и заметно сексуализированная Кристина. В полупрозрачном платье, которого из-за воды все равно что и не было.

Она явно не собиралась обвинять и проклинать меня, как предыдущая. Она улыбалась, томно смотрела из-под полуопущенных ресниц. Она еще не выбралась, но я уже знал, что она сделает дальше. Это была не попытка надавить на мою совесть. Мне подсунули бабенку мечты, чтобы я перестал выпендриваться и зажил, как все, долго и счастливо.

Только – нет.

Вот просто – нет.

Спица попала идеально, ровно между глаз, вошла глубоко, до самого затылка – когда я злюсь, я не мажу, просто сил прикладываю больше. Не знаю, из чего была сделана эта поделка, но умерла она убедительно: рухнула в воду, окрашивая молочную поверхность алыми разводами.

Я замер, прислушиваясь, ожидая, придет ли кто-нибудь сюда, спрашивать, что же случилось. Тогда можно было бы дать волю переполнявшей меня ярости… Нет, шагов не было. Видно, режиссеры шоу настолько охренели, что пока не знали даже, как перегруппироваться.