Всего через несколько минут пути тропа сделала решительный поворот наверх. Жульетт лишь мгновение изучала дорогу, после чего продолжила идти вперёд. Если сегодня Рин осмелился облизать её, то что запланировал на завтра? И на следующие ночи? Мысли о возможных вариантах подстёгивали двигаться дальше, и хотя короткий подъём оказался несложным, дыхание вскоре сбилось.

Тропа резко оборвалась, и Жульетт снова пришлось выбирать из трёх вариантов. Вверх. Вниз. И назад. Поскольку «вверх» на сей раз оказалось горным взъёмом высотой не больше пары метров, онаухватилась захолодный камень и подтянулась. По крайней мере, согрелась от усилий. Теперь она не мёрзла, только холод от камней просачивался в пальцы. Жульетт продолжала карабкаться, надеясь, что как только залезет на выступ, найдёт за ним другой, более лёгкий путь.

Она ухватилась за камень и ещё раз подтянулась, чтобы наконец увидеть какое-то подобие тропы.

Уголком глаза она заметила движение и замерла, неловко остановившись на небольшом камне и наполовину высунув лицо из-за вершины горного взъёма. Она, разумеется, подумала о Рине, а потом о медвежьей шкуре и очень большом медведе, которому та некогда принадлежала. Какие ещё существа водятся в этих горах? Существа, которые, без сомнений, не только оближут её, если она на них наткнётся.

Оказалось, её внимание привлёк не медведь, а волк. Огромный, светлый волк со сверкающими золотыми глазами, которого не одурачила её неподвижность. Величественно, с явной силой в движениях он направился прямо к ней.

«Человек и не человек. Животное и не животное». Слова возникли в её голове точно так же, как прошлой ночью. Она редко ощущала что-либо без прикосновений, но кем бы ни был её невидимый собеседник, он с лёгкостью проскальзывал к ней в мысли. Во всяком случае, так казалось.

Она резко повернула голову в сторону, надеясь увидеть у края леса человека. Наверное, этот волк принадлежит ему, или, вероятнее, они с ним компаньоны, поскольку Жульетт не представляла, чтобы такое существо позволило кому-либо стать его хозяином. Поможет ли ей следовавшей за солдатами мужчина уйти в безопасное место или перебросит через плечо и объявит своей женой с таким видом, будто у неё нет никакого права голоса в данном вопросе?

Но она не увидела и не почувствовала в лесу никаких признаков людей. Рядом был только волк, и после мимолётной телепатической связи в голове снова воцарилась тишина. Будто её способности исчезли. Когда Рин прикоснулся к ней, она почти ничего не узнала. Теперь же получила совершенно бессмысленное сообщение. Сначала Жульетт решила, что Рин обладал способностью в некотором роде блокировать её вторжение, но такое просто невозможно. Никому и никогда не удавалось проделать ничего подобного, а Софи с Айседорой пытались не раз. Похоже, её способности ослабли. Уж не подействовала ли на них удалённость от цивилизации? Вдруг если забраться ещё дальше в горы, дар исчезнет совсем? Считай она это возможным, отправилась бы в дикие края ещё несколько лет назад.

Волк опустил голову и принюхался. Он выглядел не агрессивным, скорее просто любопытным. Это воодушевило Жульетт.

— Хороший волк, — тихо заговорила она. — Хочешь подружиться? Друг бы мне сейчас очень пригодился. Было бы здорово, если б ты помог мне отсюда выбраться. Ты хочешь что-то сказать?

Животное ткнулось в Жульетт носом, и она затаила дыхание. Какой же он огромный! Она не знала, что волки бывают настолько крупными. В глубине его горла зародился рык, и животное оскалилось, показав большие, острые зубы. Ого, сколько их у него! Жульетт приняла решение: вниз.

Она начала быстро спускаться, но слишком поспешила и оступилась. Мгновение отчаянно пыталась за что-нибудь уцепиться, но вскоре окончательно потеряла равновесие. На краткий миг падения у неё перехватило дыхание, а от болезненного приземления вышибло дух.