— Ох, я совсем забыл. Думаешь, та часть легенды ошибочна? — тихо и не слишком убеждённо добавил он.

— Что забыл? — поинтересовалась Жульетт. — И о какой легенде речь?

— Неважно, — ответил Рин.

Ей не представилось ни времени, ни возможности продолжить расспросы. Прохожие заметили, как Керими поклонился, и начали собираться вокруг. Они приближались один за другим, настороженные и переполненные любопытством. При взгляде на её глаза их лица озарялись пониманием, и подобно Керими все опускались на колени и касались лбами земли. К Жульетт подходили не только мужчины, но и женщины, похищенные из Каламбьяна и, возможно, из ещё более отдалённых мест. Они тоже узнавали в ней королеву, появления которой давно ждали, вставали на колени и касались лбами земли, выказывая уважение и почтение. На место каждого человека, которого Жульетт просила встать, приходил следующий и склонялся, пока они с Рином не оказались окружёнными со всех сторон людьми, считавшими себя её подданными. Снова и снова до неё доносилось произнесённое приглушенным шёпотом «рыжеволосая королева».

Сначала Рин, казалось, почти забавлялся, но с ростом толпы его улыбка меркла, а в глазах разрасталась буря. Жульетт не отважилась выпустить на волю свой дар, даже чтобы узнать чувства и мысли Рина. Однако вглядевшись в его лицо, поняла всё даже без своих способностей.

Жульетт не хотела быть королевой.

И так же сильно, если не больше, Рин не хотел быть парой королевы.

Глава 13

Айседора нервно теребила юбку синего платья, выданного ей после купания в большом, мраморном бассейне. Она просила чёрную одежду, но приставленная для помощи девочка смеясь сообщила, что на третьем уровне нет ничего чёрного. Тогда Айседора пожелала вернуть собственное платье, но служанка снова рассмеялась. От той тряпки избавились, как только Айседора ступила в бассейн. Старой одежды больше нет. Похоже, весёлая девочка не знала, что ведьм следует бояться.

Теперь Айседора стояла в покоях императрицы на пятом уровне. Не успевшие высохнуть волосы остались распущенными, синее платье льнуло к телу, на которое больше пяти лет надевали только черные вещи. Она удивилась, узнав, что жена императора проживает двумя этажами ниже наложниц, но не спросила почему. Фактически, Айседора не произнесла ни слова, пока Лиана изучала её, восседая в большом, удобном кресле. Позади императрицы стояла молодая, трепещущая от волнения горничная в коричневом наряде и страж, явно преданный своему делу — крупный блондин с большими руками и темно-синими глазами. Умными глазами, в отличие от всех тех солдат, которых Айседора встречала за прошлые недели.

— Не бойся, — произнесла императрица одновременно мягким и непреклонным тоном.

— Я не боюсь, — ответила Айседора. Страж впился в неё взглядом, и она почтительно добавила: — Миледи.

— Мы с твоей сестрой весьма сдружились, — продолжила императрица. — Вы с ней похожи?

— Общие знакомые утверждают, что нет, миледи, — ответила Айседора.

Императрица улыбнулась, хотя не походила на женщину, которая улыбается легко и часто. Лиана, бесспорно, была красивой, но, совершенно очевидно, до сей поры вела непростую жизнь.

— Да, вижу вы двое совсем разные. Тебе не хватает её обаяния.

Айседора промолчала.

— Однако она больше не нуждается в твоей защите.

Айседора очень хотела расспросить о Софи, и о том, что здесь случилось, но из осторожности оставила вопросы при себе. Можно ли доверять императрице? Эта женщина обладала огромной властью, из-за приказа её мужа Айседору привезли сюда… а Жульетт похитили. И всё же, Лиана спасла её, попросив отдать ведьму ей в услужение.