Она сама тоже соскучилась по нему. Ужасно соскучилась.

– Да, я вас избегал, – признал он. Отставил в сторону свои башмаки и сел на ступеньки. – Прошу, сядьте, Дани.

Она села, но не рядом, а чуть поодаль. Он протянул руку, стянул с ее носа очки и положил на крыльцо.

Она удивленно взглянула на него, но он отвел глаза и зажал ладони между коленями.

– Я избегал вас, потому что я растерян. Смущен. И толком не знаю, как себя вести в такой ситуации.

– Вы смущены? Но почему? – Она сама была смущена, но даже подумать не могла, что он испытывает то же самое.

Он потер морщинки, пролегшие у него между бровей:

– Вы ведь знаете, что я пятнадцать лет не целовал женщину?

– Нет. Я об этом не знала. – Это известие ее потрясло. И взволновало.

– Неужели? Неужели вы правда не знали? – Казалось, он ей не верит. – Я было начал думать, что я для вас открытая книга.

– Ну конечно. Вы решили, что я знаю все? Но ведь я говорила, что мне известно совсем немногое. Большинство фактов мне неизвестно.

– Но вы и без того много знаете. А я не привык к такому. Мне это… не по душе.

Сердце у нее ухнуло в пропасть.

– Я не привык к тому, что кто-то так много обо мне знает.

– О, Майкл. Неужели вам хотелось бы стать одним из тех безвестных бедняг из морга, у которых во всем белом свете нет ни единого друга?

– У меня есть друзья, – возразил он. – Но не такие… не такие… – Он не закончил фразу. Но она поняла, что он имеет в виду. У него не было друзей вроде нее.

– Элиот Несс ваш друг? – спросила она.

– Да, – признался он. – Я знаю директора по безопасности Кливленда. Мы с Элиотом Нессом выросли в одном районе, в Чикаго. Я старше, но наши семьи были знакомы. И позже мы вновь встретились на работе.

– Так я и думала.

– Так вы и думали?

Она вздрогнула. Он ее смущал – точно так же, как монашки из ее первой школы. Все дело было в том, как он выхватывал ее слова, как повторял их с особым выражением, означавшим: «Объяснитесь».

Она редко когда могла объясниться. Но Майкл, в отличие от монашек, не имел над ней власти, и она не обязана была подчиняться. Она распрямилась и взглянула ему прямо в глаза.

– Он приезжает за вами каждую пятницу. И потом, я видела место, где вы раньше жили, – произнесла она.

– Место, где я раньше жил?

– Да прекратите же!

– Прекратить? Что именно?

– Прекратите повторять все, что я говорю.

– Я пытаюсь понять. Вас не удивило, что я знаком с Элиотом Нессом, потому что вы «видели место, где я раньше жил»? – Он так сильно нахмурился, что ей на мгновение показалось, что его карие глаза оделись в меховые шапки-ушанки. От этой мысли она чуть улыбнулась. – Вы надо мной смеетесь?

– Нет. Я видела… эм-м… связь между вами, когда коснулась бумаг в вашей комнате. Это было вскоре после того, как вы у нас поселились. Чарли оказался взаперти в вашей комнате. Вас не было дома, и он царапался и мяукал. Я его выпустила и оглядела комнату, проверила, не уронил ли он чего. Я не знала, сколько времени он там пробыл.

– Значит, дверь была заперта?

– Да. Но у меня есть ключ.

– И вы можете воспользоваться этим ключом, когда вам заблагорассудится? – резко спросил он.

Она вздохнула:

– Майкл, вы снимаете комнату в моем доме. Я зашла к вам, потому что у меня был повод. Ваши бумаги лежали на полу. Я их переложила на стол. Вероятно, их вам дал мистер Несс. Поймите, бумага мало чем отличается от ткани. – И она взмахнула рукой – так, словно это было очевидно.