– Я намерена заставить вас вернуться в Торрекомб и ответить за все свои преступления, Рэйф Мортмейн! - заявила она.

– Вот как? - Рэйф осторожно снял еще одну стружку с борта лодочки. Он даже не потрудился взглянуть на девушку. - Вы мне кажетесь слишком юной для того, чтобы помнить о моих преступлениях. Осмелюсь предположить, что, когда я жил в Торрекомбе, вы были одним из тех очаровательных юных созданий, которые обычно прятались за изгородью и швыряли комья грязи в мою лошадь с криком: «Дьявол Мортмейн!»

– Я никогда не швырялась грязью, - стиснув зубы, прошипела Кейт. - Я бросалась камнями. И очень жаль, что я сейчас не могу запустить вам в голову булыжник!

Рэйф поднял голову и внимательно посмотрел на Кейт, но в его взгляде была скорее печаль, чем удивление ее горячностью.

– Полагаю, я должен был дать вам серьезный повод для такой ненависти, мисс… э…

– Фитцледж, - произнесла Кейт, пристально наблюдая за его реакцией. - Кейт Фитцледж.

Лицо Рэйфа застыло, но Кейт успела уловить яркую вспышку какого-то сильного чувства в его взгляде до того, как он прикрыл глаза.

– Не пытайтесь притвориться, что вам не знакомо это имя! - с той же горячностью предупредила она его.

– Нет, - тихо сказал Рэйф. - Я слишком хорошо его помню.

– Еще бы! Ведь вы соблазнили и бросили мою мать!

– Вашу мать?

– Эффи Фитцледж. Помните такую? Он отложил в сторону свою работу и пристально посмотрел на Кейт.

– Да, кажется, я что-то слышал о том, что Эффи Фитцледж удочерила какую-то девочку-подкидыша из Лондона.

– «Кажется, что-то слышали?» Да вы сотни раз видели меня, когда проезжали мимо нашего дома! Но вы не обращали никакого внимания ни на меня, ни на Эффи. Но только я не просто приемная дочь Эффи. Так уж вышло, что я - ее родная дочь, зачатая девятнадцать лет тому назад погожим летним днем в Портсмуте.

Кейт увидела, как Рэйф вздрогнул, и поняла, что он догадался обо всем. Он резко поднялся на ноги, и Кейт инстинктивно отшатнулась, стараясь, чтобы пистолет не дрожал в ее руке. Но Рэйф тем не менее подошел ближе. Казалось, он совершенно не замечал направленного на него оружия. Его взгляд был прикован к ней, он пожирал ее глазами, и на его лице выражение недоверия сменилось изумлением. Кейт заметила, что он смотрит теперь уже не на нее, а на что-то за ее спиной.

Хотя это было совершенно неразумно, Кейт не смогла справиться с любопытством и быстро оглянулась. На стене за ее спиной висело зеркало без рамы. И она сама, и Рэйф отражались в нем, и Кейт уставилась на свое отражение, словно никогда себя не видела, не в силах сдержать неожиданной дрожи. Ее невысокая изящная фигура и тонкие черты лица достались ей от Эффи. Но черные густые волосы, упрямая линия подбородка и более всего - горящие яростью серые глаза - все это, без сомнения, было чисто мортмейновское.

Так они и стояли рядом в молчании, глядя в лицо беспощадной истине, отраженной сейчас зеркалом.

– Мой бог! - прервал наконец молчание Рэйф. - Ты… так ты…

– Ваша дочь? Да, к сожалению, это так, - с горечью сказала Кейт.

Девушка так сильно дрожала, что Рэйф мог бы сейчас с легкостью разоружить ее. Однако он даже не попытался этого сделать. Он только потянулся к ней, словно хотел погладить по голове, но Кейт отшатнулась от него.

– Не прикасайтесь ко мне! Никогда не смейте этого делать! - прошипела она сквозь стиснутые зубы., Рэйф мгновенно опустил руку.

– Да, конечно… Прости.

Кейт глубоко вздохнула, пытаясь успокоиться.

– Я приехала сюда вовсе не за вашими никому не нужными извинениями.