|
И его спутник — высокий, похожий на боксера человек со странным шрамом на левой щеке — оказался не Хокером. Оба угрюмо уставились на меня. Я попытался выдавить слабую улыбку и пробормотал извинения, но ни один из этих немыслимых завсегдатаев клуба, казалось, не поверил в мое раскаяние. Тот, что поменьше, ухватил меня за рубашку и подтащил вплотную к себе, так что я почувствовал запах пива в его дыхании. — Прошу прощения! — прокричал я еще раз. — Я принял вас за других. Рыжеволосый ухватил меня за нос большим и указательным пальцами и потянул вверх, так что мне пришлось встать на цыпочки. Я зажмурил глаза, ожидая, что сейчас мне достанется на орехи, но тут мой нос неожиданно отпустили, и я смог встать на всю ступню. Они показывали на меня пальцами и смеялись. Я не очень хорошо слышал, что они говорили, но мог догадаться: «Я тут ни при чем. Это дед виноват». Не в первый раз в жизни испытал я прилив благодарности за «Худшее случается в море». Кто-то схватил меня за руку и оттащил от восторженных поклонников. Лицо Барбары было рядом с моим — она прокричала: — Генри! Прекратите валять дурака! Она посмотрела на меня взглядом, который если и не испепелял презрением, то по меньшей мере источал самую издевательскую насмешку. Она снова направилась в толпу, и я уже собирался сделать то же самое, но тут у меня в кармане послышалось сердитое жужжание. Я вытащил телефон и попытался ответить, но говорить тут было невозможно, и мне пришлось удалиться в кабинку в туалете, куда музыка доносилась лишь в виде тектонических сотрясений. — Алло? — сказал я уже, наверное, в шестой или седьмой раз подряд. — Это Эбби. — В ее голосе слышалось нескрываемое раздражение. — Извини. Там мне тебя не было слышно. — Генри, твой друг переворачивает всю квартиру. Она уже побывала в наших спальнях. Вывалила на пол половину содержимого холодильника. Сейчас она в коридоре, обстукивает стены — нет ли в них пустот. Что происходит, черт побери? Я с трудом проглотил слюну. — Знаю, это может показаться странным. Но прошу тебя, позволь мисс Морнинг делать все, что ей нужно. Я тебе все возмещу. Обещаю. Голос Эбби по-прежнему звучал раздраженно, но мне показалось, что она начала оттаивать. — Послушай, ты помнишь наш последний разговор? О Джо. Я хочу, чтобы ты знал: я больше не питаю к нему никаких чувств. — Было очевидно, что слова эти дались ей нелегко. — Я тебе с ним не изменяю. — Спасибо, — проговорил я. — Спасибо, что ты мне это сказала. Кто-то ввалился в туалет, принеся с собой жуткий рев танцевальной площадки. — А где это ты? Я думала, у тебя поздняя работа. — Я тут в одном клубе. — Где-где? — Таяние прекратилось — наступал новый ледниковый период. — В одном клубе, — повторил я. — «Дьяволизм» называется. — А потом быстро добавил: — Это по работе. — И с кем же ты там? — С коллегой, — ответил я смиренным невинным тоном. Голос Эбби кипел почти нескрываемой яростью. — И как же ее зовут? — Это все не так просто… Но я думаю, можно сказать, что я здесь с Барбарой. — Невероятно! Мы даже и поссориться не успели, а ты уже с другой женщиной. — Эбби, прошу тебя. На самом деле все вовсе не так. — Надеюсь, у тебя найдется правдивое объяснение. |
