Как это ни странно, но в этом море огня проникнуть на территорию немцев способен только одиночка, такой бесстрашный и ловкий человек, как сержант Савельев. Он умел не только воевать, но обладал сверхъестественным чутьем на опасность. Было в нем что-то от лесного хищника. Однополчане помнили случаи, когда он выходил из землянки за минуту до того, как в нее попадал снаряд. В рукопашном бою он чувствовал опасность спинным мозгом — вовремя уклонялся и сам наносил удары. За годы войны он не был даже ранен, хотя постоянно находился на передовой линии. Такое тоже случается, но крайне редко, и выпадает только на счастливчиков, а Савельев был из таковых. Это уже судьба, а ее не перекроишь.

И вот сейчас Коля Савельев пропал. Конечно, прошло не так уж много времени, чтобы считать его погибшим, но его вполне достаточно, чтобы выполнить задание. Времени ждать уже не осталось, а значит, для выполнения задачи необходимо подобрать другого бойца.

— Позови ко мне Саленко, — сказал Бурмистров ординарцу, не оставлявшему его ни на минуту.

— Есть, — энергично отозвался Петр и тотчас скользнул в туман серой неприметной ящеркой.

Через несколько минут, стремительно перебегая от одного простреливаемого места до другого, умело прячась за укрытиями, до командира штурмового отряда добрался Саленко. Некие салочки со смертью. Переиграл. Обманул. Предстал перед майором Бурмистровым целехоньким.

Не особенно вдаваясь в подробности, Бурмистров поставил ему задачу:

— Перейдешь ров и уничтожишь на углу огнеметную точку в здании напротив. Житья не дает!

Бурмистров задержал внимательный взгляд на лице Саленко, ожидая увидеть нечто похожее на внутренний протест. Солдат прекрасно понимал, что отправляется на верную погибель. Двое вот уже не вернулись, теперь на очереди третий. На Прохора смотрели живые понимающие глаза. Командир должен отправлять своих подчиненных на смерть, служба у него такая. А подчиненный должен выполнять отданный приказ.

— А другие не нужно? — неожиданно спросил Саленко.

Прохор задержал на нем строгий взгляд — вопрос на иронию не походил, спрашивал серьезно, похоже, парень действительно намеревался потягаться со всеми пулеметчиками рейха.

— Не нужно. Как только смолкнет этот пулемет, нам легче будет добраться и до других. За мостом есть несколько мест, с которых можно подавить эту точку.

— Разрешите выполнять?

— Пойдешь, когда в сторону моста полетит зеленая ракета. А сейчас заполни баллоны огнемета под самую крышку. На той стороне у тебя будет много работы.

Вокруг позиций невысокие строения. Частный сектор. Каменные здания почернели от пороховой гари, углы обглоданы разрывами. В таких домах не особенно-то и спрячешься, а потому бойцы ютились в подвальных помещениях, которые имелись едва ли не под каждым домом. Через небольшие оконца в подвалах можно наблюдать за передвижениями немцев. Сейчас был тот самый случай. Сильный порыв ветра сорвал с каменных стен дымовые покрывала, и строения предстали в своем неприглядном виде — поломанные, почерневшие будто бы от навалившегося на них горя, порой с обвалившимися стенами, но по-прежнему крепкими, способными выдержать не одну гаубичную атаку.

Подле первого четырехэтажного здания Бурмистров увидел группу немцев с легкими пулеметами и фаустпатронами. Еще через несколько секунд отряд фрицев рассыпался и затаился в развалинах, ожидая очередной артиллерийской пальбы. И фашисты не ошиблись! Артиллерийский снаряд, круша каменные блоки, разорвался именно в том месте, где минуту назад передвигалась группа немцев. Сразу же шарахнуло еще несколько взрывов, но все они в белый свет, как в копеечку, теперь их уже не достать, — попрятались по щелям, как тараканы.