– Позвольте с вами не согласиться, – покачал головой Квентин. – Я учился в университете естественным наукам и мой опыт…

– Именно демоническим силам всегда было важно, чтобы люди позабыли о роли Слова. Тогда они своими словами искажают, уродуют мир и его легко захватить. Вас учили правильно, но немножко не тому. Впрочем, боюсь, во всей Империи не найдётся профессора, который смог бы связно изложить теорию Слова и объяснить его влияние на слои брамфатуры. Это не вина ваших профессоров, это их беда. Их так учили, а учителей учили их учителя и так далее. Чем глубже мы будем погружаться в прошлое, тем больше стираются воспоминания о предвечном и сакральном знании, которым обладали ваши предки. Да-да, те самые древние предки, которых вы почитаете за дикарей и варваров. Те, которые не знали железа, не придумали ещё лук и стрелы, не создали законов и религий. Те, которые сидели по ночам у костра, рассчитывая на его защиту от диких зверей и чудовищ, и говорили в унисон. Пусть у них было мало слов, но каждое из них обладало особой силой. А изначально Слово было одно. Оно стояло у истоков мира. Ибо сказано – в начале было Слово.

– Что-то такое припоминаю… – пробормотал Квентин. – Это что-то из Священного Писания, верно?

– Это не просто из Священного Писания, а его основополагающая строка.

– В начале было Слово, – добавил Ансельм. – Слово было у Господа. И Слово было Силой. Так сказано, если мне не изменяет память.

– Переводы с древнейшего праязыка могут различаться. – Аделина вздохнула. – Некоторые из них искажают изначальную суть Писания, вкладывая в него едва ли не противоположный смысл. А смысл заключается в том, что мир был создан из Слова. Это одно единственное Слово обладало чудовищной, непостижимой силой. В настоящее время оно утрачено. Знает его лишь Планетарный Логос, но он хранит эту тайну, чтобы она, озвученная, не попала в уши врагов всего доброго и светлого.

– Пока я ничего не понимаю, – сказал Квентин. – Но я стараюсь.

– Когда-то давно, – продолжала Аделина, – магия Слова широко использовалась разного рода заклинателями – шаманами, ведунами, кудесниками, волхвами, вещунами, ворожеями. Но потом так называемая цивилизация сделала всё возможное, чтобы избавить человечество от магии Слова. В слова облекали глупости и нелепости. Возникли такие понятия как пустословие и суесловие…

– Злословие… – промурлыкал Теодор, уже уплетавший копчёного угря.

– Это крайняя форма глупости и нелепости. Но, к счастью, во всех слоях… Или почти во всех слоях брамфатуры, где живут люди или человекоподобные существа, сохранились поэты. Пожалуй, только в шрастрах у игвов их нет, но это не точно – просто игвы редко покидают слои, где обитают, и очень неохотно идут на контакт с чужаками, а выжить в Друккарге или Мудгабре сложно даже опытному магу. Поэты сохранили власть над словом. Конечно, я говорю не обо всех. Слишком много людей возомнили себя поэтами, научившись записывать слова в столбик. Их банальные рифмы «розы – морозы» или просто глупые «сапог – полусапог» – это не поэзия, а насмешка над ней. Да что я вам рассказываю? Во время нашей недолгой беседы у храма господин де Турье и сам изложил мне все возможные ошибки и проявления антипоэзии, которые можно встретить в вашем мире. Ритм, размер подвергаются искажениям.