– Очень неосторожно… – сердито произнесла она, обводя взглядом комнату и воцарившийся там беспорядок. – Крайне. Ну, ладно, поэты – самые обычные люди, но ты, Теодор! Как ты мог это допустить!

– Простите, госпожа, – кот сумел оторваться от пола и встал на одно колено, если эту уморительную позу позволительно так называть. – Моя вина. Видимо, краски надышался.

– Потому что маску нужно использовать двухслойную! – из-за юбки Аделины выскочил горбатый карлик с огромным носом и длинной бородой, заткнутой за пояс. Его голос – писклявый и дребезжащий – резал слух. Но больше поражала борода, раскрашенная во все цвета радуги. – Или пропитывать однослойную желчью индрикотерия.

– Ну, где же я возьму индрикотерия? – развёл лапами Теодор.

– Кто хочет – ищет способы, а кто не хочет – причины! – отрезала магичка, подходя к дохлому пауку. – Я сразу почувствовала. Арахноцефал из девятого слоя брамфатуры. Там жизнь пошла по несколько другому пути развития и человек не стал доминирующим видом среди животных…

– Ничего не понимаю, – пробормотал Квентин, с трудом поднимаясь. – Вы скажите, госпожа Аделина, вы настоящая? Не иллюзия?

– Все мы лишь частично настоящие, а большинство проживают жизнь до самой смерти в виде далеко не лучшей иллюзии, – загадочно ответила она. – Заверяю, я очень настоящая. Настолько настоящая, что если отвешу пинок этому мохнатому разгильдяю, он вылетит в окно на радость собирающимся демонам.

– Демонам? – насторожился Ансельм

– А вы как хотели? Устроили тут праздник несанкционированной магии и радуетесь. Вы бы ещё дом подожгли и удивлялись, что все горожане сбежались на пожар. Должна заметить, что немного времени у нас есть.

– Немного времени для чего? – спросил Ансельм.

– Подготовиться и принять бой! – взвизгнул карлик. – Понимать надо!

– Мы принимаем бой! – заорал, будто в марте, Теодор. – Свободный народ принимает бой!

Аделина поморщилась. Вздохнула.

– Начну по порядку. А вы пока готовьтесь. Афаро́! Ты пока посмотри, в каком стоянии книга…

– Слушаюсь, госпожа, – карлик поклонился до земли и кинулся к столу.

– Так вот… – Аделина стояла над паучьим телом. – Нас выследили. Каким способом, пока не могу сказать. Слуги Гагтунгра бывают очень сильны, очень хитры и весьма сведущи в магии. Как, например, это арахноцефал. Но он не вошёл бы, если бы вы не начали раскрывать окна, нарушив защитный контур из моих заклинаний.

– Это всё он! – одновременно воскликнули Квентин и Ансельм, указывая на Теодора.

– Удары в спину чаще всего наносят те, кого защищаешь грудью, – покачал головой кот.

– Оставь высокопарные фразы на потом. Арахноцефалы развились в цивилизацию в одном из слоёв брамфатуры, который очень сильно подвержен влиянию демонических сил. Он давно под властью Гагтунгра. Сами по себе арахноцефалы не несут предначального зла, но веками их воспитание лежало в плоскости служения великому демону Шаданакара. У них очень сильно развиты ментальные способности. Воздействовать на разум другого существа и заставить его увидеть то, чего на самом деле нет. Да вы и сами это почувствовали.

– А швырял он нас по комнате какой силой? – спросил Квентин. – Тоже воздействием на разум?

– Почти. Я понимаю, что слова «телепатия» и «телекинез» вам ни о чём не говорят. Просто примите как данность.