– Все равно ты не имел права лезть со своими инициативами, – заявил командир «Смоленска». – Вдруг иржики и Ким не договорятся между собой? Кем мы будем выглядеть в глазах союзников?

Пререкаясь и пикируясь с Варнаковым всю дорогу, мы наконец-то добрались до нашей подлодки. Дмитрий первым делом связался с Данилово, а я пошел разъяснить Радруфу и Вуризу «политику партии», млин.

Серокожие поначалу не сообразили, о чем идет речь, недоуменно глядели на меня, потом обрушили девятый вал вопросов. Уяснив, что у северокорейцев полно танков и БМП, едва не пустились в пляс, видимо, представив, как бронетехника множит на ноль армии ненавистных ржепиков.

– …Майору Иванникову срочно явиться в центральный пост, – прозвучавший из динамика голос капитан-лейтенанта Великанова вторгся в фантазии на тему великой победы иржиков. – Майору Иванникову…

– Володя, у меня две новости – хорошая и плохая, – объявил капитан 1-го ранга, едва я переступил комингс. – Хорошая: Стрелков и ван Клейст одобрили твою сумасбродную идею. Плохая: американцы напали на Дайяр.

– Как? Когда? – опешил я, пытаясь сообразить, откуда на юге появились гребаные пиндосы.

– Командующий их Флотом Метрополии получил послание, что у берегов острова появился огромный быстроходный белый корабль, который не берет гладкоствольная артиллерия, – самым серьезным тоном объяснил Варнаков. – Это может быть лишь один корабль – лайнер «Эксплорер оф зе Си», сбежавший отсюда за несколько дней до нашего прихода. Думаю, по пути к Дайяру янкесы обогнули Землю Десяти Вулканов, пройдя вдоль западных и южных берегов этого острова… Да, Жерар сказал, что десяток фрегатов сразу же умотали на юг, как только пришло сообщение с Дайяра.

– Логично… А как адмирал иржиков узнал о нападении на остров? Почтовый дракончик, да? – поинтересовался я способом связи серокожих.

– Угу, как-нибудь потом надо будет глянуть на эту тварюшку, которая служит в роли почтового голубя, – кивнул каперанг и, отведя взгляд, огорошил меня еще одной новостью. Плохой. – Володя, через два часа «Смоленск» уходит к Дайяру. Я уже договорился с Симатупангом и Ким Ир Чоном насчет танкера – он твой… Не ругайся, мы не можем бросить в беде союзников.

– Я не собираюсь ругаться, – буркнул я, прикидывая, сколько человек останется в моей группе. – Чтобы установить контакт с военачальниками на Дайяре, тебе понадобится переводчик… Радруф вполне сносно говорит на русском, а Вуриз обладает в своем обществе сильным авторитетом. Короче, берите их обоих вместе с охраной.

– Вообще-то, в качестве переводчика я рассчитывал на твою Марину, – хмыкнул Варнаков и, нарвавшись на мой тяжелый взгляд, поднял ладони вверх. – Все, все, не прав, осознал, каюсь, больше не буду.

– Пойду, сообщу иржикам, а вы разыщите Петровича – без него на танкере делать нечего, – вздохнув, я направился на выход из центрального поста. По возвращении с берега майор Рачко традиционно исчез в направлении кормовых отсеков, и где его найти, не знал ни один из моих оперов.

Радруф, как и ожидалось, сразу же воспротивился моему решению, апеллируя к приказу Тармода.

Пришлось тратить время, объясняя младшему командиру, что приказы начальства идут вразрез с тактической обстановкой, а если наша подлодка не вмешается, то американцы наворотят дел. Черт знает, сколько народа собралось на борту «Эксплорера», и чем они вооружены. Хорошо, если лишь легким стрелковым оружием, без «граников» и ПТУРов.