Спустя пару часов, стоя на палубе «Минданао-3», мы грустными взглядами провожали быстро удалявшуюся субмарину. Мы в данном случае, это моя группа из четырех человек, Марина, Альберт Петрович и пятерка морских солдат Дайяра, которых мне все-таки навязал Вуриз. Сам академ-механик остался на борту «Смоленска», нервничая в ожидании схватки с огромным белым кораблем, который разогнал у берегов метрополии целую флотилию береговой обороны.

– От берега идет лодка, – по-английски произнес Серхио Акино, капитан танкера, не покинувший свой корабль во время демонстративного уничтожения барка. – На лодке нет ни одного из моих матросов.

– Вряд ли они жаждут возвращения на борт твоего судна, – по-русски проворчал бывший кэгэбэшник, поднимая бинокль. – Это северокорейские солдаты, полтора десятка человек.

– Мы не сможем выйти в море без экипажа, – заявил Акино, наградив Петровича крайне неприязненным взглядом.

– Твой экипаж давно плюнул на море и на этот корабль, – бывший «дед» с легкостью перешел на язык Барэма и Бенбоу. – На их месте я бы поступил точно так же – жизнь дороже, а приключений на седалище в этом мире можно найти за любым кустом.

Капитан «Минданао-3» предпочел промолчать, признавая правоту Петровича – сбежавшие филиппинские моряки бесследно растворились в многолюдном индонезийском кластере, словно сахар в горячем чае. Искать беглецов не имело смысла, поэтому Варнаков попросил Ким Ир Чона помочь с комплектованием нового экипажа. Генерал Симатупанг, в свою очередь, пообещал выделить продовольствие, из расчета на месячное плаванье двадцати человек.

Моторный катер пристал к борту танкера, и на палубу один за другим поднялись тринадцать северокорейских военнослужащих. Во главе с полковником Хван Ду Сеном, который уже традиционно приветствовал нас на русском.

– Старший лейтенант Пак Хен Сок – первоклассный радист, – Хван Ду Сен представил одного их вновь прибывших – офицера с рацией за спиной. Подчиненные полковника тем временем в темпе поднимали на борт ящики, в которых находились два ДШК и парочка пусковых установок ПТРК незнакомого мне образца. С боекомплектом, разумеется. – В его группе девять солдат, хорошо разбирающихся в двигателях и электротехнике.

– Спецназ? – окинув работящих «механиков» наметанным взглядом профессионала, тотчас поинтересовался Альберт Петрович.

– Да, генерал Ким Ир Чон распорядился прикомандировать к вам бойцов спецсил, – утвердительно кивнул северокореец. – Большинство солдат понимает русский язык, но говорят не все – мало практики… Старший лейтенант Пак Хен Сок, сколько вам лет?

– Мне двадцать восемь лет, товарищ полковник, – вытянувшись по стойке «смирно», по-русски произнес офицер. Было заметно, что он тщательно подбирает слова, стараясь не оконфузиться в присутствии своего начальника.

– Сработаемся, – резюмировал бывший кэгэбэшник. – Майор Рачко, старпом, боцман и старший механик в одном лице… Прошу за мной, товарищи, я покажу, где лучше всего установить пулеметы и пусковые.

Капитан Акино ушел с палубы вместе с бойцами Пак Хен Сока, а мы разговорились с Хван Ду Сеном.