Открытием для Клодин было поведение самого Ришара — таким она его еще не видела. Судя по тому, как он смотрел на Лейси, как разговаривал и как порой смущался (он — смущался?!), эта провинциальная девочка каким-то непостижимым образом задела самые чувствительные струны его сердца. Более того — «градус» его увлеченности, если этот термин применим к человеческим отношениям, с каждой минутой возрастал.

Клодин было даже немного неудобно на него смотреть — казалось, она подглядывает за чем-то очень личным, интимным. При этом они с Лейси даже не прикасались друг к другу, лишь порой в разговоре Ришар брал девушку за руку и легонько поглаживал большим пальцем тыльную сторону ее ладони.

Разговор шел фактически ни о чем — о каких-то мелочах. Оказывается, Рокси — танцор, который уронил Лейси на конкурсе, на самом деле запнулся тогда нарочно — она в этом, во всяком случае, не сомневалась. Они учились вместе в школе, и он «доставал» ее чуть ли не с первого класса — вот и тут не упустил шанс сделать очередную гадость.

У Лейси была болонка, старенькая и очень любимая, а у Ришара — дома, во Франции — два ирландских волкодава (насколько Клодин знала, на самом деле волкодавов разводил его отец).

Оба они — и Ришар, и Лейси — не любили тяжелый рок и рэп, и оба любили ретро-музыку, например «Битлз»; оба считали, что инопланетяне когда-то прилетали на Землю, и оба не любили копченую рыбу. Вот только с фильмом «Титаник» произошла нестыковка: Ришар отозвался о нем нелестно, назвав «слезодавилкой», на что Лейси обиделась — она этот фильм обожала и смотрела раз десять. Впрочем, ребятишки быстро помирились на «Аватаре», который понравился обоим.

Какое-то время Клодин слушала этот бред, но потом отвлеклась и задумалась над тем, что сегодня вычитала в библиотеке. Кончилось тем, что она достала из сумки статьи, которые ей откопировала библиотекарша, и принялась просматривать их снова, уже не пробегая наскоро глазами, а более внимательно.

От этого занятия ее отвлек возглас Ришара:

— Клодин, ты слышишь?! Оказывается, Лейси в школе изучала французский!

— О, в самом деле?! — как положено в таких случаях, вежливо переспросила она.

— Да! — радостно подтвердила Лейси и, запинаясь, добавила по-французски: — Я говорю, но мало. У меня давно не быть шанса говорить с кем-нибудь по-французски.

Клодин кольнуло что-то похожее на ревность: ее великолепный парижский выговор был в свое время воспринят Ришаром как нечто само собой разумеющееся, школьный же французский этой девочки для него теперь чуть ли не перст судьбы.

Тем не менее она дружелюбно улыбнулась:

— Если много говорить, язык возвращается очень быстро, буквально за день-два.

Встретившись с Ришаром глазами, повела ими в сторону кухни; встала, прошла туда и позвала:

— Ришар, у тебя тут апельсинового сока нигде нет?

— Сейчас! — отозвался он и через несколько секунд появился собственной персоной.

— Я, пожалуй, пойду? — спросила Клодин без экивоков.

Слава богу, он не стал фальшиво уговаривать ее остаться — просто кивнул; пробормотал озабоченно:

— Но и она тогда может захотеть уйти!

— Ну, это уж от тебя зависит, — Клодин улыбнулась. — Угости ее омлетом. Он у тебя действительно здорово получается.

— Попробую.

Вернувшись в гостиную, она даже не стала садиться в кресло — оперлась о спинку и спросила:

— Лейси?

— А?! — отозвалась та.

— Скажи, пожалуйста, где здесь, в городе, можно купить хороший ликер?

— На Мейн-стрит, по правой стороне, не доезжая мэрии есть винный бутик, — начала объяснять девушка, — вы его легко найдете, у них на вывеске виноградная гроздь.