— Ришар, я скоро приеду, — попыталась она хоть как-то, хоть интонацией его успокоить. — Что-нибудь купить по дороге?

— Ничего не надо. Просто приезжай.

Клодин отняла телефон от уха и нажала кнопку отбоя.

— Ну вот — ты все слышала?

— Да, — кивнула Лейси; странно было видеть появившееся на ее хорошеньком нежном личике выражение решимости. — Только мне нельзя идти через вестибюль, там камеры стоят, — в свою очередь достала мобильник. — Сейчас я позвоню подруге, она меня впустит через служебный вход.

ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ

Из дневника Клодин Конвей: «Настоящий друг — это человек, который не только вовремя придет на помощь — но и понимает, когда ему лучше уйти…»

Проходя через вестибюль к лифту, Клодин старалась вести себя как обычно — то есть не торопиться и не всматриваться в лица слонявшихся по вестибюлю и сидевших в креслах людей, пытаясь определить, кто же из них полицейский. Может, тот немолодой мужчина со стаканчиком кока-колы? Или эта парочка?

Впрочем, в том, что в отеле непременно должны дежурить агенты в штатском, Клодин вовсе не была уверена. Зато насчет камер видеонаблюдения знала наверняка: две в вестибюле и по одной на каждом этаже, напротив лифта, чтобы фиксировать всех входящих и выходящих.

Дело в том, что в «Хэмптон-Инне» уже два года работала горничной подруга Лейси. За это время она успела изучить в отеле каждый закоулок, в том числе и то, что неприметная дверь на задней стороне здания, возле мусорных баков, камерами не оснащена — горничные и официанты бегают туда курить, и до сих пор никому еще не попало от начальства.

Именно через эту дверь Лейси и собиралась проникнуть в отель, после чего подняться по узкой «черной» лестнице к номеру Ришара. Клодин же терять было нечего, камера уже зафиксировала ее вчера и позавчера, поэтому она могла идти открыто, через вестибюль.

Ришар, небритый и мрачноватый, встретил ее словами:

— Ну слава богу, наконец-то! Сколько можно тебя ждать! — даже в простой черной майке и джинсах он ухитрялся выглядеть так элегантно, как если бы на нем был смокинг.

«Еще претензии какие-то! — обиделась про себя Клодин. — Что я ему — жена, что ли?!»

В отместку злорадно подумала, что у Томми мускулатура куда внушительнее, и, проходя в гостиную, достала телефон.

Лейси отозвалась сразу.

— Ну как, ты уже внутри? — спросила Клодин.

— Да, я на лестнице.

— Хорошо, жди! — обернулась к Ришару: — Отправь, пожалуйста, куда-нибудь ненадолго Раймонда.

Здоровяк-охранник по-прежнему дежурил в коридоре и поздоровался с Клодин как со старой знакомой.

— Куда?

— Ну-уу… за мороженым! Напротив отеля, на той стороне площади, есть ларек.

К чести Ришара, он не стал переспрашивать, зачем да почему — поинтересовался лишь:

— Ты какое хочешь?

— Эскимо. В апельсиновой оболочке.

Ришар прошел к двери, и через секунду Клодин услышала:

— Раймонд, сходите, пожалуйста, в ларек на той стороне площади и принесите эскимо в апельсиновой оболочке и вафельный стаканчик с орехами.

Охранник что-то неразборчиво ответил, и Ришар рассмеялся:

— Ничего, как-нибудь мы тут десять минут продержимся. Сдачу можете оставить себе.

Вернувшись, отрапортовал:

— Ну вот, он ушел. Могу я теперь узнать, зачем это?

— Сейчас Лейси придет.