Рот миз Кроссвел округлился буквой «о», и она на секунду застыла.

— Что?! — судя по всему, такие обвинения ей нечасто приходилось слышать. — Но…

— Я тоже считаю, что если мы будем учитывать расовую принадлежность участниц, это оскорбит их, — неожиданно вмешался священник. — В конце концов, все мы созданы по образу и подобию Божию!

— Вот! — воскликнул Ришар, вскочил и, подойдя к священнику, пожал ему руку. — Именно! Именно по образу и подобию Божию!

Когда он плюхнулся обратно на стул, Клодин все же решила вмешаться:

— Слушай, уймись! Кончится тем, что она тебя выгонит!

— Она — меня?! — Ришар иронически приподнял бровь. — Это после того, как мой отец инвестирует такие деньги в экономику штата?

И в самом деле — едва оправившись от потрясения, миз Кроссвел снова скроила на лице любезную мину.

— Разумеется, это было всего лишь предложение… И разумеется, каждый из вас волен голосовать сообразно собственным взглядам и своему вкусу. Средняя арифметическая оценка для каждой участницы…

— Ведешь себя как школьник! — шепнула Клодин, подтолкнув Ришара локтем.

— Извини, не смог удержаться! Такая дура — да еще с гонором!

Закончив объяснять про оценки, Миз Кроссвел принялась было рассказывать о том, как в следующую субботу будет проходить финал, но тут Луиза, подсунув ей часы, выразительно ткнула в них пальцем.

— А… да, мне тут напоминают, что конкурс вот-вот начнется. Так что давайте пройдем в зал.

Все дружно повскакивали с мест.

Ришар галантно отодвинул Клодин стул и, пропуская ее впереди себя в дверь, шепнул:

— Ты еще красивее стала — как тебе это удается?! Слушай, может, мне усики отрастить?

— Зачем? — попалась она на удочку.

— Ну, может, ты тогда в меня влюбишься, и мы с тобой вместе сбежим куда-нибудь в Антарктиду.

— Почему именно в Антарктиду?

— Там красиво! Но если тебе Антарктида не нравится, можно и в другое место, — просиял обаятельной лукавой улыбкой. — Я так понимаю, что насчет всего остального ты согласна?

— А ну тебя! — Клодин не выдержала и рассмеялась.

Публики в зале набилось битком, люди сидели даже на ступеньках в проходах. На сцене, прохаживаясь с микрофоном из стороны в сторону, балагурил плотный мужчина в пиджаке из серебряной парчи — Клодин знала, что это известный местный телеведущий.

— А сейчас несколько слов о жюри! — радостно воскликнул он. — Не спешите закидывать их помидорами — все это люди сведущие и компетентные, давайте дадим им шанс!..

— Сейчас он начнет вызывать вас поименно, — шепотом инструктировала Луиза, — как только назвал, проходите на свое место, поворачиваетесь лицом к залу и кланяетесь. Потом садитесь за стол, спиной к залу.

— Итак, поприветствуем членов жюри — главного модельера фирмы «Лорелея» Ивона Пальмера… — возопил ведущий.

Модельер, бледный мужчина в очках, вышел из-за боковой кулисы, прошел к своему месту, поклонился и сел. Из зала ему жиденько похлопали.

За ним последовал гринписовец. Следующей была очередь Клодин — она глубоко вздохнула и на миг зажмурилась, собираясь…

— Фотомодель, топ-менеджер модельного агентства «Лица» Клаудина! — провозгласил ведущий.

Клодин вышла из-за кулисы — походка изящная, спина прямая, на губах — легкая полуулыбка. На этот раз аплодисменты были куда громче.