—     Он нам починит,—Янгин махнул рукой.

—     И вас я, старики, прошу: поезжайте по домам и, сколько вам указано, везите муку и мясо в Свияжск. Ты понял, Атлаш? Не увезешь — царь не помилует тебя.

—     Три шкуры спустит! — крикнул Янгин.

Атлаш встал из-за стола, надел шапку, сказал зло:

—     Вот-вот. Мурза по  шкуре с нас спускал, а царь  сразу   три.

—     Тебя мурза щадил, и шкура твоя цела.

—     Спасибо за еду. Мне пора.

—     Не спеши, посиди.

—     Мне своя шкура дорога. Надо дороги чинить.— Атлаш, круто повернувшись, зашагал к берегу.

—     Напрасно, Саня, ты при нем рассказывал,— заметил Ян¬гин, когда Атлаш скрылся.— Он сейчас поскачет в Казань и все там расскажет.

—     Не беда,— сказал Санька.— Что я сказал, не тайна. Пусть

казанцы знают, с чем мы   на них идем. Пусть боятся.

—     Я велел Ковяжу на Атлашевых землях наших людей оста¬вить. Они в Казань Атлаша не пустят,— сказал Топейка, вставая из-за стола.

—     И нам пора, пожалуй,—Эшпай поднялся,—хватит погостили.

—     Дел много впереди,—сказал Сарвай.

—     Мы вас проводим.— Аказ, Санька и Янгин пошли вслед

за старейшинами.

Ешка строго поглядел на Палату, сказал:

—     Что ты расселась? Сходи на речку — посуду вымой. Ко¬ней напои. Дай нам о вере поговорить.

—     Ну, долгогривый... Если...—Палата собрала посуду и пог¬розила попу кулаком.

—     Давай иди, иди.— Когда Палата скрылась, Ешка спросил Аптулата: — Скажи мне: ты тут вроде за попа?

—     Попов нам не надо.—Аптулат посмотрел на Ешку сердито.— Я карт — хранитель обычаев.

—     Я знаю, что попов ты не любишь. Однако посоветоваться

с тобой хочу.

—     Давай совещайся.— Карт насторожился.

—     Ваша вера, это самое,—Ешка щелкнул пальцем по горлу,— не забороняет? Не понимаешь? Ну, в смысле воспринять... после трудов праведных?

—     А-а,— карт рассмеялся.— Ежли пиво есть, медовая брага есть — кто может запретить. Только жена.

—     Хорошая у вас вера. А сейчас бражки не мешало бы глот¬нуть. Ежли поискать...

—     А чего ее искать? Вон на берегу речки шалаш стоит — там у меня целая кадка...

—     Так чего же мы сидим?! Пока моей квашни нету...— Ешка подмигнул карту и направился вниз, к воде. Аптулат засеменил следом.

Спустя несколько минут к столу подошли Санька и Аказ.

—     Пока мы двое—поговорить с тобой хочу,— сказал Санька, присаживаясь на чурбан с наковальней.— Что мне с сестренкой делать, посоветуй? В Свияжске ей не место. Я все время в отъез¬дах, одну ее оставлять страшусь. Люд в новом городе собрался бродяжий, озорной, жёнок мало. Недавно сироту одну в лес уволокли, надругались и придушили. И такое не первый раз случается...

—     Я слышал тоже.—Аказ помолчал немного.—А что, если ее сюда привезти? Наши мужики теперь дома живут мало, бабы од¬ни.