—     Не только себя — людей замучил...

—     Я думал, ты меня поймешь. А ты...

—     Ну, отдохни немного. Если дома побудешь, что может случиться? Хоть ночью забудь дела.

—     Все видишь ты и слышишь. Вот-вот война начнется. Кру¬гом тревога. Вот-вот появятся русские рати. А ты говоришь: забудь дела.

—     Посмотри в окно. Дождь льет как из ведра. Кафтан мок¬рый— простудишься. Захвораешь — дела совсем некому будет делать. Дождь пережди.

—     Ладно.— Аказ снял кафтан, подсел к столу,—Давай поедим. Эрви побежала в изи-кудо и прямо в дверях столкнулась с

Мамлеем.

—     Приветствую тебя, Аказ!—Мамлей снял шапку, ударил ею по колену, выбивая мокреть.— Салам, Эрви, давно тебя не видел.

—     Великий юмо! Тебя кто погнал сюда в такую непогодь?!

—     Сейчас осень. Дождь все время идет, его не пересидишь. А у нас — беда.

—     Что случилось?

—     Тынаш воду мутит. Он и раньше с Пакманом в паре ходил, а теперь совсем распустился. Натравил своих людей на наших — драка большая была. Дороги чинить никто не ходит...

—     Что Тынаш хочет?

—     Кричит: «Нам сотника татарина не надо!» Чувашей из со¬тен отделили. Меня не слушается. Поедем туда.

—     Я русских жду. Войска должны прийти.

—     Что же делать?

—     Погрейся, обсушись, найди Эшпая. Он где-то близко. Не¬давно у меня в доме был. Скажешь ему — пусть свои три сотни ведет в ваш край, пусть Тынашу прижмет язык. А ты своих татар и чувашей веди в илем Эшпая. Уживемся как-нибудь.

—     Зачем сушиться. Все равно промокну. Пойду.

—     Будь здоров.

Эрви внесла миску со щами, оглядела кудо.

—     Мамлей ушел? Прогнал его?

т * *

Аказ ничего не ответил, подошел к окну. Капли дождя бараба¬нили по тонкой и прозрачной пленке из бычьего пузыря, натянутой

« *+* т» *

на рамку окна. Эрви сходила за хлебом и за ложками, принесла соленых грибов, а муж все стоял у окна. Потом заговорил:

—     Нелегкая дорога мне досталась, путь я себе выбрал тяже¬лый. И он только начался...

—     Где ты сейчас?—спросила тихо Эрви.— Где твои мысли?

—     А они идут ведь где-то? — не слушая Эрви, говорил Аказ.— В дождь, в стужу, усталые, голодные... До костей промокли, а все-таки идут.

—     Куда идут? Кто?

—     Русские полки. Дороги развезло... Постой... Около Нурум- бала мост разрушен. Совсем мы забыли про этот мост. Пойду, людей пошлю.

—     Да ты поешь.

—     Потом.

Хлопнула дверь кудо, и снова гнетущая тишина воцарилась вокруг. Эрви знала, что к этому злосчастному мосту сейчас пой¬дут люди, и муж тоже пойдет с ними, вернется ночью, а может, только завтра. И принялась убирать со стола...

Спустя час в кудо вбежал Янгин. Грубо спросил:

—     Аказ дома?

—     Мост ушел чинить.

—     Какой мост?

—     У Нурумбала.

—     Не ври.