— Мне нужно мнение других специалистов, — потребовала Анна. — Я хочу знать, где находится лучшая клиника в Америке, занимающаяся такими больными. Мне нужна помощь лучших специалистов.

Она почувствовала прикосновение руки Уэстуорда как знак символической поддержки.

— Авторитетное мнение по данному вопросу мы уже получили, — мягко заметил хирург. — Нам пришлось обратиться за помощью к Дэвиду Баллантайну из Лос-Анджелеса. Так случилось, что он оказался лучшим специалистом поблизости. Два дня назад он прилетел сюда из Калифорнии, чтобы осмотреть вашу мать. Но, к сожалению, у него то же мнение. Доктор будет и дальше консультировать нас относительно ухода за больной. Вы сами можете позвонить ему, когда захотите. Разумеется, вы можете звонить любому специалисту по этой проблеме, но я не думаю, что выводы будут какими-то другими. А чтобы найти лучшую больницу, чем Kapp Мемориал, вам придется обойти всю страну. Травмы — наша профессия. Иначе и быть не может в таком месте, где лыжники разбиваются каждый день и почти круглый год.

— Мне необходима информация. Есть ли какая-то организация, которая специализируется по травмам.

— Хорошо, — согласился хирург. — Я дам вам адрес.

— Мне нужна еще литература о состоянии комы.

Врач пожал плечами:

— Зачем это вам? Вы вряд ли что-нибудь поймете.

— Относительно этого вы можете не сомневаться, — отрезала Анна. — Прошу вас также дать мне копию истории болезни матери.

Брови хирурга с негодованием поползли вверх:

— Хочу заметить, мисс Келли, что это просто неэтично.

— Я не верю в этику, доктор Рам Синкх.

Хирург молча смотрел на Анну какое-то время, потом встал:

— Простите, мне нужно отлучиться на минуту.

Анна и Уэстуорд сидели молча, ожидая возвращения доктора. Рам Синкх вернулся, неся с собой какие-то бумаги и учебник по медицине. Все это врач положил перед Анной:

— Если вы сможете прочитать историю болезни и книгу, то состояние вашей матери предстанет перед вами в еще более безнадежном виде.

— Спасибо, — поблагодарила Анна, взяв в руки бумаги и книгу. Ноша показалась ей тяжелым бременем.

— Мы делаем все, что можем, поверьте, — заверил хирург, продолжая стоять. — Обещаю нашу полную помощь. Но чем дольше она будет находиться в коме, тем меньше у нее будет шансов когда-нибудь из нее выбраться. Если ваша мать в ближайшее время не выйдет из этого состояния, то, боюсь, надежд у вас не останется никаких.

— Поможет ли ей, если я все время буду рядом, буду разговаривать с матерью?

— Может быть. Но сегодня вечером не следует здесь оставаться. Ваше путешествие было долгим и утомительным, поэтому вам лучше отдохнуть. Состояние вашей матери стабилизировалось, и в ближайшем будущем никаких перемен не предвидится.

Последние слова прозвучали как смертный приговор.

Анна с Уэстуордом вышли из кабинета доктора. В коридоре она покачнулась и чуть не упала, но Уэстуорд твердой рукой обнял и поддержал ее. На лице Анны застыла маска скорби. Она прижалась к груди сильного большого мужчины, и он обнял ее еще крепче.

Уэстуорд нежно держал Анну в своих объятиях, пока она не пришла в себя. Наконец она отступила, крепко сжимая в руках книгу и бумаги, что передал ей Рам Синкх. Анна судорожно начала искать платок. Следы слез остались на дорогом костюме Уэстуорда:

— Простите.

— Но она действительно получит самый лучший уход, — убеждал ее Филипп. — Kapp Мемориал имеет персонал не хуже, чем любая больница этого профиля.