В размышлениях о ситуации Бансабира улучила момент сбежать из чертога. На верфи ей всегда рады – это танша давно выучила.

В компании Нома и его подпитой братии Бансабира провела дней пять. В отличном настроении, с песнями, планами и разговорами. Кузен Тал, прибывший на верфь после недавней ходки, кажется, не сердился на Бану за брак Иттаи и обещал вскоре заскочить в чертог к родным, если сестра позволит. Бану против не была, вот только поездку придется на время отложить.

– На верфи должен быть старший, – объяснила она. – А мне очень нужен Ном. Для начала, на свадьбе. Маатхас спрашивал о тебе, думаю, его тоже порадует твое присутствие. К тому же, с кем может быть веселее, чем с моряками, а? – подмигнула женщина.

Ном расцвел и пообещал прибыть.

– А Тал тем временем, – корабел треснул ахтаната по плечу, – попробует постоять у руля на суше.

Тал пожал плечами: что ж, раз надо, все сделает. Бану улыбнулась и извинилась. Как только дела для Нома закончатся, и он вернется на верфь, Тал погостит у родни.

– Да тоже мне дела, – корабел махнул рукой чуточку разочарованно. Веселиться – это, конечно, здорово. Но что нибудь солидное он бы сделал с куда большим удовольствием, о чем и сообщил.

– И сделаешь, – с чуть изумлённо интонацией пообещала танша. – Мне надо, чтобы ты наведался по ту сторону Астахирского хребта.

Ном поднял брови и с непониманием кивнул.

– Китобойня.

Это заявление объяснило Ному еще меньше, и он поднял брови еще чуть чуть – как мог.

– Надо подумать, что можно сделать с кораблями, чтобы они были достаточно небольшими и маневренными, но при этом, чтобы люди за борт валились реже. Тут нужна рука опытного корабела, который по одному взгляду на корму понимает, откуда росли руки у того, кто её мастерил.

Ном захохотал.

– Тут, поверьте, танша, и не я сгожусь. Но мысль вашу усек. Когда выдвигаться?

– С нашей свадьбы – сразу.

– Не вопрос, – старикан развел сморщенные ладошки и потешно улыбнулся.

– А ты, Тал, когда будешь в чертоге, зайди ко мне, обсудим и для тебя первое серьезное дельце.

Тал молча ткнул себя в грудь: дельце для меня? Бану пожала плечами: ну да.

– Я думал, мне главное тут со всем разобраться.

– Да какой из тебя мореход, если ты не ходишь дальше пролива Великаний Рог? – посмеялась тану, понимая, что совсем не смешно: ходить до морских границ с Орсом – не перепелов ощипывать.

– Надо бы заслать его в Мирасс, – Бану посмотрела на Нома. – Мне нужна партия стали и несколько твердоруких кузнецов для неё. Посмотрим, как пойдет забой на севере, если заменить все оружие и гарпуны.

Ном прищурился, глядя на Бану, поджал губы. Потом поднял палец, потряс им и заулыбался с самой хитрющей физиономией.

– А а а а, – протянул он совершенно непонятно. – Вот чего, танш’, да?

Бансабира понятия не имела, о чем речь, и потому просто согласилась: да, вот того.

Вскоре вернулась домой, найдя в чертоге ту же неразрешенную распрю. Все казалось идиллией, если бы Бансабира не спрятала горестную необходимость выбирать между двумя дорогими мужчинами.

Когда пришла весть с юга Пурпурного танаара, что один из гарнизонов выстоял против набегов Раггаров не без труда, решение, наконец, отыскалось. А когда почти следом привезли депешу из Серебряного дома, нашлась и решимость к действиям с необратимыми последствиями.

Этер Каамал женился на очередной девчонке из дома Раггар. Тихо, тайно, поспешно.