И тут начиналась самая трудная часть.

Арди, в принципе, мог бы убить Агронала ещё в самое первое мгновение их встречи. Одна точная «Ледяная Пуля» в полной боевой модификации в центр громадной башки, и зверь свалился бы замертво. Вот только от Арда требовалось совсем иное. Здесь и крылась задумка троицы.

Если бы не три месяца в обществе охотников на севере, у них бы всё получилось.

Об Агронале, в частности, охотники рассказывали так: сам Агронал — существо подземное, вполне приспособленное для жизни под горами, но порой дворфы могли забраться в места, где либо Лей-линии оказывали слишком явное влияние, либо Эрталайн меняла свойства породы. Обычно это проявлялось в виде неконтролируемого выброса энергии, что, в свою очередь, означало весьма простую вещь — нестерпимый жар.

В таких обстоятельствах срабатывал природный механизм защиты аномалии.

Металлическая шерсть Агронала смыкалась вокруг тела, образуя плотную, серебристую куколку. И в таком виде зверь мог пролежать целые годы, пока кто-нибудь его не разбудит. Те самые куколки, к слову, до распространения сталелитейного дела и фабрик, в эпоху Галесса и ранней Империи представляли громадный спрос у людей из-за высочайшего качества металла.

Так что для усыпления Агронала, вопреки всякой логике, требовалось не охладить его, а наоборот — перегреть.

Арди тут же воплотил «Искру» в её сильно модифицированной, площадной разновидности. Базовая «Искра» обычно действовала через направленный пучок пламени, проникающий в цель и поджигающий её изнутри, но Ардан, после событий в квартале Ночников и в пещерах с немертвыми, поставил себе задачу (пусть и на неопределённое будущее) немного расширить арсенал своих стихий. Так что, в свободное время, он работал над единственным, отработанным им до автоматизма, огненным заклинанием. И, вспоминая события той ночи, в пути на севере и обратно, он придумал, как превращать «Искру» в широкое полотно пламени.

Не то чтобы это было полезно в каких-то серьёзных ситуациях, но Арду требовалось от чего-то оттолкнуться.

Из навершия посоха вырвалась не привычная спица пламени, а широкое, с виду даже тёплое полотно огня, накрывшее Агронала с головы до копыт. Огонь, тёплым пледом, укрывавшим дитя, стелился по металлической шерсти аномалии.

Аномалия, всё ещё скованная тающими «Ледяными Цветами», пыталась вырваться, но по мере того, как ослабевали снежные путы, пламя лишь набирало силу. В какой-то момент жар лизнул её металлическую шкуру, и Ардан заметил, как шерсть Агронала начала смыкаться, сжиматься, словно сама собой свиваясь в плотный кокон.

Сначала соединились волоски на боках, потом на ногах, затем на животе — кокон буквально формировался изнутри наружу, постепенно поглощая в себя само тело аномалии, так что через несколько секунд от громадного Агронала осталась только серебристая, тускло поблёскивающая куколка размером с большую бочку.

— Тепло… — прошелестел удаляющийся голос. — Тепло. Теперь можно спать… Было весело… Спасибо, странный брат…

Вновь захрипели динамики, а следом прозвучал одновременно высокомерный и раздражённый голос Кштовского:

— Эгобар, шесть баллов, — произнёс он без всякого энтузиазма. — Не ожидал, признаюсь, от вас подобного… откуда узнали про слабость Агроналов?

— От Гильдии Охотников, — используя науку Скасти, коротко ответил Ардан.

— Ну да… ну да…

Арди бросил быстрый взгляд на металлическую «бочку» и вернулся обратно на балкон. Иолай Агров, стоявший у самого стекла, посмотрел на него так, будто Ардан только что перевернул стол, на котором Великий Князь пару часов строил карточный домик.