– Можешь называть меня «отец Раок», – сказал монах.

    – У вас принято такое обращение?

    – Да. Я же монах. Только разговор у нас с тобой вряд ли получится долгим.

    – Да? – Морган Мэган удивился. – А почему, отец Раок?

    – Потому что я умираю, – сказал монах. Он отнял руку от живота, и Морган Мэган увидел зияющую рану. Его поразило самообладание, с которым держался этот человек.

    – Ну уж нет, – заявил Морган Мэган. – Ты мне нужен. К тому же мне нравится, как ты себя ведешь. Стой где стоишь и не шевелись, отец Раок. Сейчас тебе будет очень больно. Постарайся не кричать.

    Морган встал с жесткой койки монаха и поднял одну руку вверх, а другую направил на отца Раока. Яркая вспышка пронзила полутемное помещение. Луч света сорвался с пальцев Моргана и ударил монаха с такой силой, что тот пошатнулся и грянулся о стену. Боль исказила его лицо. Из глаз брызнули слезы, он застонал сквозь стиснутые зубы. Сила, вызванная Мэганом, избивала бренное земное тело. Мучению, казалось, не будет конца. И вдруг все кончилось.

    Отец Раок с трудом перевел дыхание и посмотрел Мэгану в лицо усталыми глазами измученного старого пса. Морган Мэган опять уселся на койку, заложил ногу на ногу и усмехнулся.

    – Как ты себя чувствуешь, отец Раок?

    – Я очень устал…

    – Посмотри, как там твоя рана.

    Монах машинально подчинился и нащупал лишь дыру в одежде и рубец на коже. Теперь его лицо выражало неподдельный ужас.

    – Что это?

    – А… простое исцеление. Не стоит благодарности. Наоборот, это я должен сказать тебе спасибо за то, что не кричал. Ты мужественный человек. Проживешь еще лет пятьдесят, я думаю.

    Отец Раок дрожал всем телом.

    – Кто ты? – спросил он.

    – Можешь называть меня Морган, это мое имя, – сказал Демиург. – Кто я? Это сложный вопрос. Многое зависит от того, во что вы здесь верите… Какая здесь религия, отец Раок?

    – Христианская.

    – Вы католики? – уточнил Морган Мэган. (Он явно гордился своими познаниями в этой сфере.)

    Отец Раок кивнул.

    – Нечестивцы и язычники разграбили нашу обитель, – сказал он, – но ни один из братьев не отрекся от своей веры.

    – Расскажи мне об этой вере, – попросил Морган Мэган.

    – Разве ты не… ты не сатана? – прошептал отец Раок, осеняя себя крестом.

    – Я даже не знаю, кто это такой, – простодушно сознался Морган Мэган.

    – Докажи! – запальчиво произнес отец Раок. – Ибо сатана – враг рода человеческого. Быть может, ты искушаешь меня чудесным исцелением, чтобы спасти тело, но подбить душу?

    – Твои речи темны для меня. Как я могу доказать тебе, что не имею к этому «шайтане» никакого отношения?

    Отец Раок протянул к нему крест.

    – Поцелуй его, – сказал он. – А потом осени себя крестным знамением. Вот так. – Он показал. – И произнеси какой-нибудь стих из библии.

    Морган Мэган подчинился, но вынужден был признаться, что библии не читал.