Алькасар вздохнул и растянулся на полу, заложив руки под голову.

    – А говоришь, что ты не бог и не злой.

    – Не твое дело! – вскрикнул Морган, неожиданно потеряв контроль над собой. – Это мои личные войны с моим личным миром! Я его создал! И тебя не касается, что я сделаю с ним!

    – Ты бандит и убийца, – сказал Алькасар спокойно. – Я так и думал. Ты спас меня от смерти. Я буду служить тебе.

    – И на том спасибо, – проворчал Морган Мэган. – Может быть, потом ты поймешь, как заблуждался на мой счет, как был несправедлив ко мне.

    – Нет, – все тем же равнодушным тоном отозвался Алькасар. – Я не заблуждаюсь. Спокойной ночи, Морган Мэган.

    Глава девятая

    – Ваша милость! – Полковник всунул голову в палатку и пробудил Моргана от беспокойного сна. – Ваша милость! Я отправил в разведку двух молодцев.

    Морган приподнялся и мутно посмотрел на своего военачальника:

    – А? В какую разведку?

    – Необходимо захватить пленников, – доложил полковник. – Если ваша милость помнит, я говорил об этом на общем сборе всех наемников. При помощи пытки мы вырвем у них данные о расположении вражеских войск и о планах враждебного нам командования.

    Морган с трудом сел и протер глаза.

    – Болван! – взорвался он. – Зачем она здесь нужна, ваша дурацкая разведка? Этот мир создал я! Я! Чем отправлять несколько человек на верную смерть, спросили бы меня. Без всяких пленных я рассказал бы вам о расположении их боеспособных единиц.

    – Порядок есть порядок, – невозмутимо отозвался полковник. – Положено допрашивать пленных – допрашиваем, положено допрашивать под пыткой – пытаем. Для чего, спрашивается, существует палач?

    – Чтобы даром жрать мой хлеб, – огрызнулся Морган. – Я высказал свое мнение. Если вы, твердолобый упрямец, желаете делать все по-своему, то ради Бога. Только потом не жалуйтесь и не говорите, что вас не предупреждали.

    – Военными действиями должны распоряжаться профессионалы, – обиделся полковник. – И я делаю для вас все так, как сделал бы для родного отца. И даже лучше.

    С этими словами он скрылся.

    * * *

    Солдаты, отправленные на поиски пленников, углубились в лес. Операция, затеянная полоумным Морганом, выглядела детской прогулкой. За два дня они не встретили ни одного поселка, а обещанные монстры казались им всего лишь бредом их военачальника. Впрочем, жаловаться не на что: платил-то Морган чистым золотом!

    Лес казался чистым и пустым. Никого здесь не было. Солдаты беспечно бродили среди высоких деревьев и больших валунов. Мягкий мох ложился под ноги. Птицы щебетали на ветвях. Время от времени им попадался орешник, и они рвали орехи, запивали его вином из фляжек и болтали о женщинах и оружии.

    – Хорошо бы встретить симпатичную аборигеночку, – сказал один, укладываясь передохнуть возле большого камня. Поросший мхом валун казался идеальной спинкой для кресла.

    – И сговорчивую, – хихикнул второй. – А потом убить, раз у нас такое задание.

    – Этот Морган свихнулся, – заметил третий. – Я не понимаю, с кем он не поделил эти земли, но его фантазия «выжечь здесь жизнь огнем и мечом», как он выражается, яснее ясного говорит о том, что у него не все дома.