– За трусость! – рявкнул полковник. Морган Мэган, ей-богу, начинал его раздражать. – Вы опять вмешиваетесь не в свое дело, ваша милость. Я должен выиграть для вас эту войну, и я это сделаю, если мне не будут мешать.

    – Ты пропадешь и твои солдаты вместе с тобой, пустая башка, – холодно отозвался Морган Мэган, – если вы не будете слушаться меня. – Он обратил на грамматикуса властный взор. – Говори, почему вернулись без пленных. Кого вы встретили?

    – Мы… – Грамматикус растерялся. Морган Мэган казался ему ненормальным, но рассказывать о говорящих валунах он не решался даже такому, как Морган.

    Стоявший рядом с бродячим магом смуглый черноволосый человек смотрел на грамматикуса неподвижными узкими глазами, и ирландцу вдруг стало страшно.

    – Ты боишься, – спокойно заметил Морган. – Говори, что с тобой случилось. Говори прямо. Не бойся. Только не лги.

    – Мы шли по лесу, ваша милость, – начал грамматикус. – Там никого не было. И вдруг… Простите, ваша милость, камни заговорили. Они начали выкликать… Простите, ваша милость, они выкликали ваше имя.

    Противу ожиданий, Морган Мэган не стал смеяться. На его лице не показалось и тени улыбки.

    – Как они говорили? Вот так… – Морган произнес низким, утробным голосом: – «Моррганн…» Да?

    От этого голоса у всех троих мурашки побежали по коже, и даже полковник перестал злобно улыбаться.

    Ирландец кивнул:

    – Откуда вам это известно, ваша милость?

    – Продолжай. Они говорили обо мне?

    – Да, ваша милость. Они сказали, что вы были пьяны, когда создавали их, но они вас ждут. И помнят.

    – Они называли свои имена?

    – Да. Наррахх, Варрахх и еще один… Шаррыы или Харрыы…

    Морган кивнул:

    – Они причинили вам какой-нибудь вред?

    Грамматикус растерянно оглянулся на своего товарища, стоявшего в одной рубахе:

    – Нет. Только вот у Люка штаны съели. Да, еще они часто повторяли слово «мясо».

    – Они людоеды. Я удивляюсь тому, что они отпустили вас живыми. Может быть, за долгие годы они научились ценить жизнь в любом ее проявлении… – Морган посмотрел на солдат с нескрываемым отвращением. – Даже в таком, как вы. Считайте, что легко отделались.

    – Так я могу идти? – уныло пробасил палач.

    Морган махнул рукой, отпуская его, и палач заторопился к выходу, пока начальство не передумало.

    Полковник кипел от негодования.

    – Зачем вы помиловали этих идиотов? – прошипел он Моргану в ухо. – Теперь они решат, что дисциплиной можно пренебрегать!

    – Тролли оставили им жизнь не для того, чтобы свои же военачальники отрубили им головы, – сказал Морган. – Если уж на то пошло, куда полезнее было бы скормить их моим бравым людоедам, чем переводить мясо впустую. – Он тряхнул волосами и вздохнул. – Вы, трое, – убирайтесь! – сказал он солдатам. – На будущее знайте, что в этом лесу одушевлены не только камни, но и деревья. Никаких разговоров за пределами укрепленного лагеря! И бабам вашим скажите то же самое.