Глава тринадцатая

    – Вот он! – крикнул Хроальмунд Зеленый, выскакивая на холмик и показывая рукой на источник мудрости, откуда Иллуги забрал свой провидческий глаз. Хелот поднялся и встал рядом с маленьким троллем. За их спинами тяжело топтался дракон.

    Они увидели яркое сияние, как будто Морган развел большой костер и побросал в него порошков, дающих разноцветное пламя. Хелот видел такое как-то раз на ярмарке, где давал представления фокусник откуда-то из восточных стран.

    Дракон присел и глухо зарычал.

    – Сила Радуги! – сказал он. – Здесь Фейдельм, которая заманила нас. Зачем она здесь?

    – Ловушка, – быстро проговорил Хроальмунд. – А вон там Морган.

    Морган сидел в стороне, неподалеку от источника. Одежда на нем была грязной и порванной во многих местах. Один рукав отсутствовал, и Морган зябко кутался в плащ. Хелота поразила мертвенная бледность его лица. Странствующий рыцарь ощутил приступ тоски. Он не мог убить своего врага, когда тот сидел перед ним больной и безоружный. И слово, данное Фейдельм в присутствии народа холмов, стало жечь Хелота, как огнем.

    Хелот вынул меч из ножен. Он едва не выпустил рукоять – руны на клинке горели, разбрасывая искры, и серебряные стволы деревьев начали мерцать, отражая их теплый оранжевый свет. «Секач», – умоляюще прошептал Хелот. Но он уже не мог остановиться. В замке Аррой ждали. Фейдельм ждала. И даже если когда-то властительница была девушкой по имени Дианора, это уже не имело никакого значения.

    Морган встал. Он заметил сияние и понял, что оно значит.

    – Кто здесь? – крикнул маг, поднимая голову. Голос у него был все еще звучным и ясным.

    – Мое имя Хелот из Лангедока, – был ответ.

    – Я знаю тебя, – сказал Морган Мэган. – Зачем пришел?

    – Ты знаешь и это, – ответил Хелот и сделал несколько шагов вперед.

    – Да. – Морган кивнул. – Ты выбрал хороший час. Я один и со мной почти нет Силы. Я устал, и меня терзают сомнения.

    – И еще вчера ты слишком много выпил, Морган Мэган.

    Хелот подошел еще ближе. Морган был похож на мертвеца. Хелот попытался убедить себя в том, что виной всему чудовищное похмелье, но он знал, что это не так. «Черт побери, – подумал он, – не стану же я раскисать только потому, что у моего врага вчера был неудачный день и сегодня он выглядит таким несчастным?» И он снова вспомнил, как нашел в лесу Алькасара и как сарацин кричал по ночам от страшных воспоминаний. И подумал о Дианоре, которую чародей из чистого любопытства превратил в странное, почти лишенное человечности существо. И о тех камнях, что были разбиты по приказу создателя. И о ране на боку Хроальмунда. И о Лаймерике, который был проклят за свою гордость и независимый нрав.

    – Ты хочешь убить меня? – Морган криво улыбнулся.

    – Да.

    – Назови причины.

    Хелот остановился, опустил меч, очертил вокруг себя круг сияющим клинком.

    – Ты боишься умереть, Морган Мэган?

    – Куда меньше, чем ты боишься нанести удар, Хелот из Лангедока. Так назови мне причины для того, чтобы убить меня.

    – Мир Аррой, – сказал Хелот, в упор глядя на своего врага. – Прекрасный Аррой, с которым ты так зверски обращался, покуда он тебе не надоел.