Изменить размер шрифта - +

И не важно, что его слова были ложью.

С первым прикосновением, с первым поцелуем Джейми захотел потеряться внутри нее. Поглотить каждую ее клеточку, пока они оба не истощатся. Он не ожидал такой реакции. Не думал, что так быстро потеряет контроль. Трясущейся рукой Джейми провел по влажным волосам. Это было больше, чем поцелуй, который он планировал.

«Ты практически взял ее прямо у дерева».

Ничего из того, что только что произошло, не было для него бессмысленным. К счастью, она не распознала ложь в его словах. Еще в детстве ее храбрый взгляд всегда пронзал его насквозь. Тогда это немного пугало. Если честно, то пугает и до сих пор. Для нее не было никаких полумер.

Джейми потер губы костяшками пальцев. Он все еще ощущал ее вкус. Ради такой женщины, как она, мужчины жили и умирали. Его тело по-прежнему вибрировало, жаждало ее – ее губы, ее кожу, ее грудь…

Оуэна – вдруг всплыло в памяти, – она была женщиной Оуэна, той, ради которой он жил и умер бы. Не его.

Он представил Оуэна где-то среди бесплодных земель. Джейми прекрасно помнил жару и насекомых, грызущих плоть. Смерть. Кровь. Он вздрогнул, думая о том, как только что почти изнасиловал Пейджет. Единственное, что было у Оуэна – это мечта о родине. Воспоминания о доме и о возлюбленной. Он не украдет Пейджет у брата. Она дождется его возвращения.

Под его неотрывным взглядом ее закутанная в плащ фигура становилась меньше и меньше.

Он все сделает правильно. Возможно, впервые в жизни. Будет хорошим братом и не станет думать о собственном одиночестве и всем том, чего не имел. Не вина Оуэна, что он был любимчиком отца… любимчиком Бранда… что Пейджет принадлежала ему.

Он перестанет завидовать брату, прекратит домогаться чужого. Джейми будет сопротивляться мисс Эллсворт. Он поступит правильно. Не имеет значения, что пробудила в нем Пейджет. Не имеет значения, что он ее хотел.

 

Глава 5

– Пейджет, ау, ты тут? Честное слово, ты все утро витаешь в облаках. Как же я закончу эти узлы любви вовремя? – Элис Мэри смотрела на помощницу выжидательно, даже обвиняюще.

Пейджет постаралась сосредоточиться на куче разбросанных перед ней розовых и желтых лент. Пальцы лихорадочно продолжили работу.

– Извини, Элис Мэри. – Щеки горели от направления фривольных мыслей. Она заново переживала вчерашний день. Снова и снова. Всю ночь бодрствовала, думая о Джейми. Его губах, его руках… Его губах. Она не могла отделаться от воспоминаний. Даже несмотря на его грубый поступок. Словно вызванные им чувства вытеснили все сказанное.

Пропустив розовые и желтые ленты сквозь пальцы, Пейджет затянула петлю. Элис Мэри хотела развесить узлы любви под потолком – смелая задумка для бала, до которого всего четыре дня.

– Сколько штук нам надо? – На ближайшем столе громоздилось не меньше пятидесяти – плоды трудов Пейджет и Элис Мэри.

Высунув язык, Элис Мэри вернулась к подсчету.

– Нужно, по крайней мере, еще сто. Я же говорила тебе, ты что, не помнишь? В самом деле, Пейджет, ты так же рассеянна, как тогда, когда встретила нас с Джоном. – Руки застыли. Она уронила наполовину собранный узел на колени, забыв его завязать. – Пейджет Эллсворт, ты влюбилась?

– Не будь дурочкой! – Хотя она и возразила, жар пополз по лицу, и Пейджет с повышенным вниманием уставилась на ленточки в руках.

– Покраснела! Это правда, – с удовольствием объявила Элис Мэри. – Кто-то есть. – Она рухнула рядом с Пейджет на канапе, не обращая внимания, что уселась на несколько метров лент и юбки Пейджет.

Пейджет безнадежно подергала юбки. Ее поймали в настоящую ловушку.

– Нет никого, – настаивала она.

Элис Мэри прищурилась, пристально разглядывая подругу.

Быстрый переход