– Что за конь? – спросил Лысый, когда Кент подошел к их столику и присел. Точно так же, как Сашка, Виталий щелкнул ногтем по фото. Кент пожал плечами, покосился на Зверева.

– Не знаю, – сказал он. – Эту стрелку засняли сегодня утром у метро «Звездная». Терли они что то минут десять. Потом этот отвалил на метро, а черный в Гатчину… все.

– Ладно, иди, – сказал Лысый. Кент ушел. – А ты, Саша, почему спросил?

– Да так… показалось что то знакомое… но со спины не разберешь. Ну, что у тебя еще?

– Да вообще то ничего. Дважды пытались аккуратно войти в контакт с домработницей – один раз в троллейбусе, другой – на рынке. Но она в разговоры не вступает… А что у тебя?

Зверев закурил (Лысый бросил скептический взгляд на пачку «Родопи») и рассказал, что вся информация о кидке полностью подтвердилась. Если прижать генерального конструктора, деньги он вернет. Он отнюдь не дурак и понимает, чем чреват невозврат. Понимает, что здесь и Паша его не спасет.

– Весь вопрос, – сказал Сашка, подводя итог, – где и как будем брать барыгу за вымя. Есть соображения?

– Да вариантов то всего два, – ответил Лысый. – Либо прихватить его на улице и отвезти в… ну, в общем, есть у меня одно хорошее место. Либо у него дома.

На самом деле мест и вариантов было больше, но Сашка не стал перебивать, выслушал Лысого до конца. Он понимал, что у бригады Мальцева тоже есть опыт острых акций. Итак, Сашка выслушал Лысого, отметил про себя достоинства и недостатки предложенных вариантов, спросил:

– А почему бы не попробовать прихватить Магомеда на точках – во Всеволожске или в Гатчине? Сам говоришь – места там тихие, визг они сами поднимать не захотят, а сил у нас хватит. Так?

– Видишь ли, Саша, в чем дело… Боюсь, что он завтра ни туда, ни туда не поедет. Во вторник он был во Всеволожске, сегодня – в Гатчине. Вариант неплохой, но неизвестно, когда его реально удастся осуществить. А времени то нет, согласен?

– Согласен, – сказал Зверев. – Давай прикинем по другому. Например, войти в квартиру на плечах домработницы. И дождаться барыгу внутри.

Лысый бросил на него быстрый взгляд, потом отвел глаза.

– Есть возражения? – спросил Сашка.

– Как тебе сказать… Вариант рабочий, мне его и ребята уже предлагали, но… – Лысый заметно замялся.

– Так в чем но? – спросил Сашка. Он уже начал догадываться.

– Видишь ли, Саша… в это время в квартире будет находиться Мириам.

– Кто? – Звереву хотелось чтобы вопрос прозвучал как можно равнодушней.

– Мириам – это та самая девочка. Мне бы не хотелось, чтобы при ней… сам понимаешь, всякое может быть… Мне бы не хотелось…

Вот оно что! Травма от смерти дочери оказалась все таки слишком тяжелой даже для закаленного криминального авторитета. Вот оно что… Я несла свою Беду по весеннему по льду… Зверев вспомнил солнечный весенний день. И ослепительное сияние шпиля Адмиралтейства. И маленькое белоснежное облако, плывущее над ним.

…Не душа ли это Кати Мальцевой уже устремилась ввысь?

Зверев закурил новую сигарету. Машинально он взял не свою родопину, а мальцевскую «Мальборо». Он думал, не ощущая разницы в табаке. У него уже был свой план проникновения в квартиру. Реальный, проверенный на практике группой налетчиков гастролеров из Вологды. Ребятишки были дерзкие, числились за ними и разбои, и убийства. В Ленинград они приехали по верной наводке на одного цеховика. Очень, кстати, похожая ситуация.