– Извини, – повторил он. – Я думал…

– Если бы ты думал, то сразу позвонил бы мне… Ладно! Разберемся с этими уродами… деньги вернем. Бумага у тебя есть?

Джабраилов кивнул, взял с пола шикарный дипломат и достал лист бумаги. Из внутреннего кармана пиджака вытащил паркер.

– Пиши, – сказал полковник.

После того как заявление Магомеда Джабраилова легло на стол заместителя начальника ОРБ подполковника Ващанова, милицейская машина закрутилась. После подробной беседы заявителю предложили полистать альбом с фотографиями известных ОРБ авторитетов.

– Вот он, – уверенно ткнул Магомед в фото Лысого.

– Ага, – сказал опер с оригинальной фамилией Колбасов. – Это Лысый, он же Мальцев Виталий Сергеевич. Ну, хорошо… тогда другой альбомчик.

В другом альбомчике, собравшем в себя то, что ОРБ знало про группировку Лысого, Магомед опознал Кента. А вот обнаружить каких либо следов Зверева в картотеке не удалось… Борцам с оргпреступностью пришлось ограничиться словесным портретом.

– Ничего, – сказал Колбасов, – завтра познакомимся. Магомед Джабраилов был тщательнейшим образом проинструктирован и отпущен. Вместе с ним поехал техник связист, а сотрудники ОРБ сели готовить операцию. Времени до передачи второй части денег осталось мало. Пришлось отказаться от проведения литерного мероприятия N 2 . Но наружку и ОМОН для силовой акции обеспечили. Оставалось дождаться звонка вымогателей, навязать им свои условия и – брать.

В пятницу Магомеду Джабраилову позвонил Лысый. Поинтересовался, как наши дела?

– Маленько не успеваю, – ответил дагестанец. – Чуть чуть не добрал… Но в субботу утром соберу в полном объеме. В субботу утром устроит?

Лысый немного подумал, потом сказал:

– Устроит. Но смотри – если что, то тогда – счетчик. Понял, Магомед?

Потом они оговорили место и время. Лысый предлагал встретиться в кафе. Нет, настаивал Джабраилов, давай на нейтральной территории, подальше от чужих глаз, поближе к лакокрасочному. Деньги у меня в служебном сейфе, мне с такой суммой по городу таскаться не резон.

Лысый усмехнулся. Он понял, что дагестанец ему не доверяет, опасается элементарного ограбления при перевозке денег. Осторожный черт! После довольно длительных переговоров место согласовали.

– Смотри, Магомед, не дури, – сказал напоследок Лысый. – Ты уже имел возможность убедиться, что мы не шутим. – Да, я уже имел такую возможность.

Потом Лысый позвонил Звереву, сказал: порядок. Завтра в четырнадцать ноль ноль. Встречаемся за пять минут на углу Книпович и Седого. О'кей?

– О'кей, – ответил Зверев, – Понял. Лысый хотел, кажется, еще что то добавить, но Сашка спешил: полковник Тихорецкий уезжал в очередную командировку… Сашку ждала Настя.

– До завтра, – сказал мент.

– До завтра, – ответил бандит.

…Странное слово – завтра, гораздо более странное чем сегодня. И еще более странное, чем вчера. Завтра – это тот день, на который ты еще можешь влиять. (По крайней мере ты так думаешь.) Это тот самый день, в который ты не будешь совершать вчерашних ошибок… Это замечательный, яркий, солнечный день, не похожий на серое сегодня. И уж тем более не похожий на вчера.

О, завтра! Завтра – особенный день. Завтра – это тот день, который…

…О нем ты и узнаешь завтра, которое превратится в сегодня.

В нем тебя уже ждут твои Вчерашние Ошибки: ну, здравствуй, придурок, мы снова вместе… Разве ты не рад? – Удачи, опер, – сказала Настя и чмокнула Сашку в щеку.