– Здесь нам не поговорить, – как можно тише сказал я, и парень согласно кивнул. – Прогуляемся по коридору?

– Нет, батя, нам с тобой подставляться нельзя. Лучше поднимемся этажом выше. Там – гинекология, народу поменьше…

Мы так и сделали.

На площадке пятого этажа тоже курили, но человек пять, не больше. Болезненного вида женщины, две медсестры. Увидев нас, замолчали. Видимо, тема разговора не для мужских ушей. Разошлись, выбросив в консервные банки наспех докуренные сигареты.

– Ты, батя, видел мою встречу с одним мужиком? Ну, когда я ожидал Гену из перевязочной…

– Видел… По моему – азербайджанец?

– Шайтан вонючий, а не азербайджанец! – злобно ощерясь, выкрикнул Фарид, и в этом крике было столько ненависти, что я опешил. – Кровосос, палач, сволочь – вот кто он!

– Успокойся, друг, не надо кричать…

Фарид, успокаиваясь, помолчал. Будто затолкал необузданную злость поглубже. Не для того, чтобы она там расплавилась и исчезла – пусть копится, зреет, растет до определенного момента. Потом заговорил. Внешне – спокойно, даже излишне спокойно.

История, происшедшая с парнем, – обычная. На моей памяти нечто подобное на раз случалось. К сожалению, попадаются не виновники, а люди непричастные к преступлению.

На одной из улиц Москвы происходила драка. Из за чего дрались, что вызвало кровавую разборку – не имеет значения. Били друг друга кулаками, ремнями, палками, обрезками труб.

Мимо проходили Фарид и Мариам.

Кто– то бросил в адрес девушки грязное словечко. Будто залепил шматок липкой грязи. Фарид не сдержался, бросился в толпу дерущихся, добрался до обидчика и ударом кулака свалил его на землю. То ли от сильного удара, то ли стукнувшись головой о бордюр, тот потерял сознание. Из разбитой головы закапала кровь. При виде этого противники объединились и напали на азербайджанца. Некоторое время он отбивался кулаками, подхваченной с асфальта палкой. Мариам бросилась на помощь. Боясь за нее, Фарид выхватил нож…

Ударил он кого нибудь ножом или просто пригрозил – сказать трудно. Главное, что подоспевшая милиция захватила его с холодным оружием в руке… Получил парень немного – каких то полтора года. Да и то потому, что участники разборки помалкивали, а свидетелей, видевших, как бакинец орудовал ножом, не оказалось. Так же, как и пострадавших…

Во время пребывания в следственном изоляторе Фарид и познакомился с Ухарем. Вором в законе. Настоящего имени авторитета никто не знал, так же, как и фамилии… Ухарь велел… Ухарь сказал… Гляди, Ухарь ухи тебе оторвет…

Неизвестно по каким причинам авторитет взял сильного и неглупого парня под свое покровительство. Как принято говорить, приблизил к себе. «Знакомство» продолжилось на зоне. Фарид превратился в шестерку лидера. Ухарь не только не работал, но и презирал любую физическую нагрузку. Да и по своему положению вора в законе работать он не имел права.

За него трудились шестерки. Вор в законе творил суд, назначал наказания, принимал подношения, формировал так называемую идеологию преступного мирка.

Почетно и необременительно!

С волками жить – по волчьи выть. Этой старой догмы придерживался и Фарид. Вкалывал на Ухаря, отдавал ему часть своей пайки, выполнял разные мелкие поручения авторитета.

Время шло медленно, трудно. Впереди уже маячила свобода, встреча с Мариам, счастливая жизнь вдвоем. Но однажды хрупкое равновесие нарушилось.

Один из зэков был заподозрен в предательстве. Специально подосланные «пехотинцы» Ухаря засекли его входящим в административный блок зоны. Вообще то посещали это здание многие: отремонтировать отопление, исправить прохудившийся кран, прочистить засоренную канализацию.